Книга Лечение измены от полковника, страница 21 – Елена Ткачева

«Победительница», — вспомнила она слова полковника. Она достала платье из шкафа и приложила к себе перед зеркалом. В отражении на неё смотрела женщина с бледным лицом и темными кругами под глазами, но в глубине зрачков вспыхнул новый, доселе незнакомый огонь. Это была не радость и не надежда — это была ярость, которая медленно превращалась в решимость.

Утром Надежда проснулась в непонятном предвкушении вечера. Работа прошла по расписанию, две плановые операции и прием больных.

Вернувшись вечером домой приняла душ и с неохотой стала собираться. Телефон, лежавший на тумбочке, высвечивал короткое сообщение от Громова: «Машина будет через пятнадцать минут».

Она поднялась поднялась, чувствуя странную легкость, которая пугала больше, чем вчерашняя безысходность. Голова была на удивительно ясной.

Когда она застегивала тонкий ремешок на высоких каблуках, в дверь позвонили. Надежда глубоко вздохнула, расправила плечи и вышла в прихожую. У двери стоял водитель в темном костюме.

— Добрый вечер, Надежда Владимировна. Вы готовы ехать.

Она вышла из квартиры, оставив за собой тишину. В лифте она вспомнила слова полковника о ресурсе и силе, рождающейся из боли, и почувствовала, как внутри неё что-то окончательно переламывается.

В зале торжеств было шумно; официанты разносили напитки, а гости переговаривались, создавая гул, который обычно успокаивал её, но сегодня он казался тревожным фоном. Надежда вошла в помещение медленно, ощущая на себе десятки взглядов.

Громов заметил её почти сразу. Он стоял у группы мужчин в дорогих костюмах, держа в руке стакан с виски. Когда их глаза встретились, он едва заметно кивнул, и в этом жесте Надежда прочитала одобрение — холодное и бескомпромиссное. Она направилась прямо к нему, стараясь не смотреть по сторонам и не искать в толпе знакомое лицо мужа.

— Вы выглядите так, будто готовы сжечь этот зал дотла, — произнес Громов, когда она подошла достаточно близко. — Это хороший взгляд. Сохраните его до конца вечера.

Надежда замерла рядом с ним, чувствуя, как от его близости по коже пробегает знакомый холодок. Она заметила, что он тоже сменил привычный мундир на гражданский костюм, который сидел на нём идеально, подчеркивая широкие плечи и властную осанку. В этом окружении он казался ещё более чужим, чем она сама.

— Где он? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Громов слегка повернул голову в сторону центрального холла.

— Разговаривает с минестерсткими.Скорее всего, он заметит вас через несколько минут.

Надежда проследила за его взглядом. Марат стоял в окружении чиновников, оживленно жестикулируя и улыбаясь своей привычной, обаятельной улыбкой. Рядом с ним стояла Алиса, было видно что пришли они вместе как пара. Он выглядел безупречно: дорогой смокинг, тщательно уложенные волосы, уверенная поза. Но теперь, глядя на него издалека, она вдруг увидела то, чего не замечала годами — суетливость в каждом движении, жадность в блеске глаз.

— Он не ждет вашего появления, поэтому пришел с ней, — заметил Громов, и в его голосе послышалась едва уловимая насмешка. — Он уверен, что вы сейчас дома, закрылись в спальне и плачете в подушку.

Надежда почувствовала, как внутри неё поднимается колючая волна гнева. Она вспомнила его слова о том, что она «слишком эмоциональна для таких мероприятий», его бесконечные нравоучения о том, как должна вести себя жена офицера.