Книга Эрик Фойгт: Холод не чувствуют дважды, страница 130 – Лаврентий Огнев

(22–30 сентября 1985 года)

Предыдущий день Эрик провел в обществе Эланор, нежась в носовой каюте летающей лодки. Ласки сменялись долгими беседами и плавно перетекали друг в друга. Кваин деликатно не беспокоил влюбленных, да и ему тоже нужен был отдых — он посвятил день осмотру Эльзы — сидеть на месте, ничего не делая, он просто не умел. В процессе осмотра впрочем, он иногда чувствовал себя несколько смущенным и осторожно заглядывал в некоторые места самолета, памятуя о том, что теперь он знаком с Ней в новом качестве, и это новое качество — дама. Дама, впрочем, к этому моменту прекрасно понимала особенности своего нового тела и считала, что путь к её сердцу теперь лежит через топливный бак.

К утру метель оставила Прунго в покое и двинулась дальше к Моррркломанам — теперь с вылетом стоило поторопиться, и в десять утра “Эльза” покинула суровый скалистый островок. Полет выдался беспокойным, на середине пути они попали в сильный снежный заряд, началась болтанка. Самолет вела Эланор, Эрик хотел взять управление на себя, но девушка была настроена серьезно и продолжила вести машину сквозь буран. Задачу ему это ничуть не упростило — он был в постоянном напряжении, готовый в любой момент помочь ученице. Но помощь не понадобилась, лишь только советы и подсказки — аккуратности и, что скрывать, физической силы у эльфийки было с избытком. Да и с Эльзой она, похоже поладила — та шла удивительно ровно и спокойно для такой ненастной погоды. Но за бураном, уже на подходе к Прунго, внезапно выглянуло предзакатное солнце, ветер стих — Эрика ожидала на редкость легкая посадка.

* * *

Солнце, впрочем, выглянуло совсем ненадолго, а взошедшую луну уже снова укрыли плотные серые облака. Поднялся сильный ветер, и к утру, плотной пеленой, снова зарядил снег.

Метель приковала “Эльзу” к воде на целых три дня, временами видимость падала совсем до нулевой. Качка стала такой неприятной, что экипажу даже пришлось перебраться в гостиницу. Эланор, конечно, не считала это проблемой — у неё появилась возможность провести время с любимым, не думая о фантомах, спасательных операциях и прочих неотложных делах. Нет, она, безусловно, обожала приключения, но сейчас ей, чуть ли не первый раз в жизни, хотелось от них отвлечься и получить свою долю тепла и нежности.

И наконец, двадцать шестого сентября, рассвет состоялся — запасы снега истощились, ветер устал дуть, настало долгожданное затишье, и “Эльза” продолжила свой путь.

* * *

Тем временем, переход “Лендзира” и “Полюса” проходил куда более спокойно — дул ровный сильный ветер, но волнение вдали от берегов было не таким сильным. Снегу и вовсе было, видимо, неинтересно таять в море и он старался просыпаться над более перспективными объектами.

“Полюс” вел себя великолепно — воды через пластыри в трюм поступало совсем немного, хотя мотопомпа и работала постоянно. Старый болиндеровский двигатель после переборки чувствовал себя как новенький и заново проходил обкатку. Впервые за долгие годы, фантому не нужно было вращать штурвал и думать о двигателе — пока он был в крепких руках Алексея, он мог отдохнуть и осмыслить происходящее.

Ему не требовалось бороться за свою жизнь, он почувствовал, что его действительно полностью восстановят. За последние месяцы, он очень привязался к Элизиэль, а теперь окончательно решил, что готов отправиться с ней куда угодно — хоть вернуться и снова бороздить Моррркломаны, искать Светлый Полюс (да хоть Темный или даже Серо-Буро-Малиновый), направиться на юг или даже перебраться в Генсаль и ходить лишь по рекам и озерам. И более, чем ремонта, ждал он встречи с ней.