Книга Киллер в отставке копает грядки, страница 105 – Наоми Каттнер

— Жаль, – сказал Эйвери. – А ведь ты почти выигрывал.

Следующим броском Чарли выбил все кегли, кроме двух.

— Ты отлично справился, милый, – сказал Элеонор. – А я-то думала, что стражи закона играют честно, – обратилась она к Эйвери.

— А вот тут вы ошибаетесь, – ответил тот. – Полицейские мухлюют при любой возможности и будут использовать все что угодно в своих интересах.

— А вот это мне уже знакомо, – сказала Элеонор.

— Но только во имя правосудия.

— Элеонор не использует людей, – вмешался в разговор Чарли.

По его виду стало понятно, что он возмущен, и Данте вдруг осознал, что перед ним стоит совсем мальчишка. Вряд ли он бывал за пределами Те-Кохе, а уж про заграницу и говорить нечего.

— Только во имя справедливости, дорогой, – уточнила Элеонор. – Посмотрим, на что еще способен наш инспектор. Хотя, – продолжила она, – мне казалось, в таком влажном климате ваш радикулит должен доставлять вам немало хлопот.

— Спасибо за напоминание, – сказал Эйвери. – Все в порядке, не беспокойтесь.

— А вот в левом колене, кажется, заметна небольшая скованность, – не унималась Элеонор. – Пулевое ранение в девяностых?

— А вы, я смотрю, навели справки, – сказал Эйвери.

— Знай врага своего, – улыбнулась Элеонор.

Эйвери сбил все кегли, кроме одной, но Данте заметил, как инспектор самую малость поберег колено, из-за чего шар не попал в яблочко. Раньше он ни разу не задумывался о том, что внушение можно использовать в качестве орудия. Вероятно, потому, что в его работе на внушения времени не оставалось. Обычно его цель даже не успевала понять, что Данте находился где-то рядом.

— Последний бросок, – объявила Элеонор. – Ничья или поражение. Bon chance^[27].

Эйвери стиснул зубы и следующим ударом выбил оставшуюся кеглю.

— И что же теперь делать? – сказала Элеонор. – Ничья нас не устраивает.

Эйвери хотел казаться безразличным, однако явно был раздосадован. Данте предположил, что инспектор не сомневался в том, что переиграет Чарли.

— Сыграйте со мной, – предложил Данте.

— Вы говорили, что никогда раньше не играли в боулинг, – сказал Эйвери. – Это так?

— Слово скаута.

Данте никогда не был скаутом, но провел немало времени, прячась от местных задир в каменных джунглях муниципального жилья, которое служило ему домом. Может, в Те-Кохе есть свой скаутский отряд? Он бы мог стать его вожатым. Обучить детей полезным навыкам выживания. Например, как убить человека, прежде чем он вас заметил.

— Хм. – Эйвери окинул взглядом широкие плечи Данте и распиравшие свитер бицепсы. – Не знал, что бухгалтерам приходится поднимать тяжести.

— Неужели вы отказываетесь играть против новичка? – удивилась Элеонор.

Ее улыбка была красноречивее любых слов.

— Ладно. Три броска, – сказал Эйвери. – У меня такое чувство, будто я об этом пожалею, – пробормотал он себе под нос, отвернувшись.

— Ты понял правила, дорогой? – спросила Элеонор.

— Попасть мячом по кеглям, – ответил Данте.

— Лучше и не скажешь, – сказала Элеонор.

Данте взмахнул шаром, прочувствовав его тяжесть и гладкость. Мысленно измерил длину дорожки, учел размер шара, фактуру дерева и примерный вес кеглей. Затем запустил шар в полет.

Повисла тишина.

— Такого я еще не видел, – сказал Чарли.

Он все еще смотрел на то место, где шар приземлился, врезался в кегли и разбросал их в стороны, будто разорвавшаяся петарда.