Книга Дневник мертвых бывших, страница 70 – Эмма Шиммерман

— Как стать членом? – спрашиваю я. – Можем ли мы пропихнуть туда Эшера?

Эшер фыркает:

— Я не собираюсь вступать в какую-то группку под названием гребаные «Рыцари Пембрука». – Он смотрит на Сэма, лицо которого покраснело. – Без обид.

— Ты должен быть потомком члена общества, – говорит Сэм. – Или же все члены могут проголосовать за потенциального нового члена, но все должны согласиться, для того чтобы этот человек попал в общество.

— Тогда как мы можем туда попасть? – спрашиваю я. – Для нас важно… подружиться с Брайсом.

Сэм не спрашивает почему, и я благодарна.

— Ну, обычно я бы вообще не смог провести вас туда, но… завтра ночью мы устраиваем хеллоуинскую вечеринку в полночь. Любые нечлены должны быть приведены членом, и им завязывают глаза, чтобы они не узнали местоположение.

— Отлично! Тогда мы пойдем с тобой. В этом случае не будет никаких проблем, верно?

— Полагаю, так, – неуверенно говорит Сэм. – Но просто знайте, что события там внизу могут стать… странными.

— В каком смысле странными? – спрашивает Эшер.

— Полагаю, вы сами увидите, – отвечает Сэм. – Но я могу провести только вас двоих. Не рассказывайте Аннике и Дани или остальным парням.

— О'кей, согласна, – говорю я.

Эшер вздыхает, но соглашается.

— Итак, вы хотите, чтобы я принес повязки на глаза, или вы принесете свои собственные?

В субботу я просыпаюсь рано, чтобы подготовиться к предстоящему дню, не зная наверняка, чего ожидать. Анника хочет, чтобы я была на квартире к четырем, чтобы сделать фотографии, прежде чем мы пойдем в дом парней. Мой костюм прибывает по почте точно в срок, и, когда я его открываю, я точно знаю, что Анника распсихуется. Желтый наряд был везде распродан, поэтому я купила тот, в который Шер одета на кинообложке. В полдень я отправляюсь в салон на сушку и укладку и возвращаюсь к себе, чтобы начать собираться, но, когда я прихожу, Адриенна уходит с упакованным брезентовым пакетом.

— Куда ты собираешься? Я думала, ты пойдешь со мной? – спрашиваю ее я.

— О, мне так жаль, Слоан, этим вечером я отправляюсь в Айви-Гейт на их хеллоуинскую вечеринку с тем парнем, с которым я типа общаюсь. Я думала, что упомянула об этом вчера, но, должно быть, это выскочило у меня из головы.

— О, о'кей, ничего страшного, – говорю я. – Повеселись, береги себя.

— Ты тоже, кузина!

Когда за ней закрывается дверь, я прислушиваюсь к ее шагам, спускающимся вниз по лестнице. Несмотря на то что она ушла, я на цыпочках прокрадываюсь в ее спальню. На тумбочке лежит упаковка таблеток, которые она порой принимает против своей тревожности. Я какое-то время смотрю на нее, задаваясь вопросом, действительно ли она заметит, если пропадет одна или две. Вопреки здравому смыслу, я быстро достаю одну из упаковки и кладу ее в сумочку, которую возьму с собой этим вечером. Я надеваю свое облегающее красное платье с сочетающимися красными туфлями на каблуках и большое пушистое боа из белых перьев. Последний штрих – красная губная помада, которую я аккуратно наношу, прежде чем схватить сумочку и выйти за дверь.

Я осознаю, что туфли на каблуках были неудачным выбором, когда мои ноги начинают болеть всего лишь на полпути к парням. Я жалею, что согласилась оставаться трезвой, а то я могла бы хоть немножко приглушить боль. Когда мы подходим к дому, снаружи, на террасе, уже пьянствуют тонны людей. Джейк заканчивает устанавливать во дворе большого надувного паука. Парни всегда вкладываются по полной в наружный декор. Во дворе еще три другие надувные фигуры, а террасу покрывают полотна огромных фальшивых паутин. Когда мы подходим, Джейк вытворяет очередной прикол, и все парни смеются.