Книга Пустая ловушка, страница 27 – Джон Данн Макдональд

Но причиной смерти Мэри стал мой красный пояс, которым ее задушили, — его отпечатки остались на ее шее. А это значит, что убили ее уже в моем доме. Мне было трудно представить, как Додд, честолюбивый и смышленый, решился задумать такое, ведь все так легко могло сорваться. Вот если бы я представлял серьезную угрозу для его карьеры, это было бы правдоподобно. Но с другой стороны, честолюбие — болезнь, которая способна искажать факты. Возможно, он считает, что я являюсь угрозой для его профессионального роста.

Беспокойство Додда насчет исчезновения Мэри казалось неподдельным. Хотя, если вспомнить рассказы о нем Рэя и Тори, все говорит о том, что он неплохой актер. Конечно, роман сам по себе был потенциальной угрозой для его карьеры. Но честолюбивым людям и прежде случалось быть ослепленными плотью.

Подобно многим играм в догадки, эта тоже зашла в тупик. Он мог это сделать, а мог и не делать. Я был способен представить все его действия вплоть до самого последнего момента, но потом мой разум отказывался воспринимать главную картину — как Додд завел Мэри в мой дом, выбрал пояс, туго затянул петлю на ее шее.

Доставая пижаму из стенного шкафа, я почувствовал все еще не выветрившийся оттуда мускусный аромат. Улегся в постель совершенно эмоционально истощенным. В слабом свете, проникающем в комнату, мне была видна открытая дверца стенного шкафа — было очень трудно заставить себя не думать о том, как она лежала там.

Мне снилось, что все мы сидим вокруг гроба. А Мэри сидит в гробу, голая, с поясом вокруг шеи. Я принялся всем объяснять, что это просто мышечный рефлекс заставил ее принять сидячее положение. Но тут она вылезла из гроба и подошла ко мне. Мы стали танцевать. Все остальные хлопали в ладоши, медленно и печально отбивая такт, наблюдая, как мы танцуем. Я все шептал Мэри, что ей нужно вернуться в гроб.

Пока мы танцевали, я смотрел на ее голую грудь. Над соском стояла метка «Си-пи-пи» — не татуировка, а черные, тисненые, блестящие буквы вроде тех, что бывают на дорогих визитных карточках. Мэри мне сообщила, что ее убил Додд, и жутко усмехнулась. Я стал ее уговаривать вернуться в гроб. Она в танце увлекла меня к нему, я заглянул туда и понял, почему это невозможно. В гробу лежала Нэнси Рэймонд, голая, вся покрытая позолотой. А на ее теле сидел чудовищный громадный волосатый паук с переливающимися глазами. Я проснулся от ужаса весь в поту, как это случается в детстве, и понял, что вскрикнул, потому что эхо моего крика, казалось, еще звучало в комнате. Прошло немало времени, прежде чем мне удалось снова уснуть.

В восемь двадцать пять серого ветреного понедельника я припарковался перед маленькой белой табличкой, на которой было написано: «Мистер Сьюэлл». Вот такими приятными удобствами покупаются души администраторов. Мой кабинет, вместе с помещениями, отведенными для технологического и научно-технического отделов, находился в месте, которое можно было бы назвать полуэтажом, выходящим в главный производственный цех. Моя секретарша размещалась в одной комнате со мной, вместе с картотечными шкафами для светокопий, парой чертежных столов, моим письменным столом и разнородными стульями с прямыми спинками. Стена кабинета, та, что ближе к производственному помещению, выше пояса была сделана из двойного термостекла. За ней просматривался мостик с перилами, который тянулся вдоль всего здания и имел на обоих концах железные винтовые лестницы.