Книга Жена незнакомца, страница 81 – Анна-Лу Уэзерли

— Когда я впервые за эти годы обняла его, он был холоден как лед. Словно статуя. Никогда не забуду. – Эйлин вытирает мутные глаза. – Я видела, что мой мальчик исчез. В его взгляде поселилась тьма. Я пыталась объяснить ему… рассказать, почему ушла. Ведь когда-то мы были очень близки, он с самого рождения не отходил от меня ни на шаг… Ты же понимаешь, почему я ушла, Бет, правда? Понимаешь ведь?

Голос Эйлин дрожит, и Бет тоже не может сдержаться.

— Да, Эйлин. Я понимаю.

— Это он со мной сделал, – едва слышно произносит она.

— Что сделал?

— «Паршивая сука, дрянь, бездушная тварь», – так он мне кричал. – Старушка с трудом сглатывает. – Среди прочего…

— Что он сделал, Эйлин? – тихо повторяет Бет, боясь ее спугнуть.

— Столкнул меня с лестницы. С самого верха… бух, бах, бум… – Бет в страхе замирает. – Хотел убить меня. Лучше бы убил… – говорит Эйлин. – Но мне досталась участь похуже смерти. Перелом позвоночника, паралич и инвалидная коляска… Не ходить и ничего не чувствовать… Самое подходящее для меня наказание, не находишь?

Бет охватывает ужас.

— Боже мой… Эйлин… Господи… Почему вы не обратились в полицию? Почему не отправили его в тюрьму? Чтобы сын… и родную мать…

До Бет окончательно доходит, какой кошмар выпал на долю крошечной умирающей старушки, измученной не только мужем, но и собственным сыном. Ее вдруг осеняет, откуда в Эване такая жажда мести и желание разрушать. Она ведь ушла от него, как когда-то ушла Эйлин, – и теперь расплачивается за них обеих.

— Из чувства вины, – шепчет Эйлин, захлебываясь слезами. – Если бы я не бросила сына, он бы таким не стал. Никто не рождается чудовищем, Бет. Чудовищами вырастают.

Дэн

Октябрь 2019 года

Дорога до хосписа «Саннидейл» занимает гораздо больше времени, чем я рассчитывал: в час пик, как всегда, уйма пробок.

— Знаешь, Дэвис, – говорю я, – иногда думаю, как бы упростилась наша жизнь, если бы у каждого был свой личный саундтрек.

Дэвис, не глядя на меня, изучает что-то в телефоне, но явно слышит каждое мое слово. Женщины порой умеют совмещать несколько дел сразу.

— В смысле, шеф?

— Ну, как в кино: музыка заранее предупреждает, что сейчас грянет беда. – Я напеваю мотив из «Челюстей». – Та-да… та-да… та-та-та-та-та…

Дэвис бросает на меня скептический взгляд, словно я окончательно свихнулся.

— Нет, я серьезно! – не отступаю я. – Представь, сколько жизней можно было бы спасти. И сколько глупостей предотвратить, если бы мы слышали подобные подсказки. Та девушка из «Челюстей» точно не полезла бы в воду, услышь этот мрачный… как его… гобой? Нет, она сказала бы: «Знаете, пожалуй, обойдусь сегодня без ночных купаний».

Дэвис смеется:

— Это была туба, а не гобой.

— Ладно тебе, Моцарт, не придирайся.

Она улыбается, покачивая головой:

— Да, шеф, мозги у вас явно работают набекрень.

— Приму как комплимент, – отвечаю я, хотя уверен в этом лишь наполовину.

Мы смеемся, но правда в том, что я действительно воспринимаю свое шестое чувство как внутренний саундтрек, который подсказывает нужное направление. Кажется, это весьма точное сравнение.

Болтовня помогает отвлечься от мрачного клубка мыслей, которые носятся у меня в голове. Если хотя бы часть из них окажется верной, кто-то может вскорости расстаться с жизнью.

— О чем задумались, шеф? – спрашивает Дэвис. Продолжая смотреть в телефон, она все равно тонко чувствует мое настроение.