Книга Сотая казнь, страница 33 – Тимур Суворкин

— Хорошо мастер, позвольте мне позаниматься в подвале?

— Даже не думай. Ты ни на миг не уйдешь из под моего присмотра, – Гийом хмыкнул, – Знаю я вас, сам таким был.

— Ма-а-астер…

— Бесы тебя дери. Всю плешь проела. Ладно, выйдем. Но не надолго. Конец месяца, есть у меня снаружи пара дел. Так уж и быть сходишь со мной.

Мэрган еле удержалась от счастливого крика. Гийом меж тем быстро влез в сапоги и сейчас крепил на поясе свой меч и тяжелый кнут с металлическими крючками.

Мэрган которая весь этот день провела учась правильно вязать узлы для виселиц тоже кинулась к сундуку с одеждой, пока Гийом не передумал.

— Куда направимся мастер?

— Куда может направиться мужчина преклонных годов таким замечательным днем? Сперва в игорный дом, а потом в бордель.

Мэрган захлопала глазами, явно сбитая с толку, но Гийом был сама серьезность.

— Эх, Мэри, знать тебе пора, что обязанность у палача такая: с борделей да домов игорных дань собирать. Городом предписано. Поэтому возьми ту дубинку. Деньги они сама знаешь, хозяев менять не любят. И смотри как я работать буду, да внимательно, через пару годков тем же заниматься будешь.

Гийом снял с двери засов и оглядев улицу, дал Мэрган знак следовать за ним. В следующую минуту вокруг них уже билось пестрое людское море.

Вот нахваливает свой товар сапожник: чуть ли не наизнанку выворачивает свой отделанный мехом, украшенный вышивкой товар, лишь бы покупатель узрел какой идеальный шов, да как ладно сработана стелька из пробки.

Рядом с ним торговец пуговицами, окруженный гомонящей кучкой людей. Берут целыми горстями, кто простые роговые чтоб было на что куртку застегнуть, кто дорогие железные, чтоб перед соседями похвастать, кто охранные колокольцы против злого духа.

Особняком, от сапожников и портных, смотря на них сверху вниз, важно стоят мастера делающие перчатки. У них выбор вообще королевский – длинные и короткие, с пальцами и без, на пуговицах и завязках, из кожи, замши и из шелка, вышитые бисером, украшенные эмалевыми подвесками или металлическими пластинками. Только вот цены как всегда такие, что только удачливому купцу, да аристократу по карману.

— Дорогу, дорогу, коль жить охота! – раздавшийся на дальнем конце улицы голос заглушил музыку шпильманов и ор простого люда. Мэрган отступила к стене, глядя на приближающуюся процессию.

Их было четверо, все в дорогой одежде слуг одного из местных баронов, у каждого на поясе ухватистая дубина. Двигались квадратом, внутри которого недовольно шествовало диковинное животное удерживаемый четырьмя поводками, каждый из которых шел к одному из слуг.

Мэрган зачарованно уставилось на зверя, тот ответил ей тяжелым взглядом, в котором явно читалось все то, чтобы он сделал с ней и всей этой глазеющей толпой, не будь этих поводков.

Такого ученица палача не видела никогда – походил зверь скорее на кошку, только размером с доброго волка. Под покрытой крапинками песочно-желтой шкурой проглядывались крепкие мышцы.

— Мэри, что застыла соляным столпом? – Гийом недовольно дернул ее за рукав и лишь потом обратил взгляд на процессию, – А это… Пойдем, что пардуса никогда не видела?

— Пардус… Вот он какой, – Мэрган благоговейно посмотрела на животное, с которым глашатаи всегда не забывали сравнивать их герцога и самую родовитую знать.