Книга Сотая казнь, страница 100 – Тимур Суворкин

— Я все равно не понимаю как вы здесь оказались.

— Вы же были у меня дома. Мой особняк недалеко отсюда. Ты пойми – болезнь! Это же чудесный способ опробовать мои эликсиры на людях! Прекраснейший способ! Изумительный. А эликсиры я готовлю часто… Это отличный способ развить свой ум.

— А то что вы подвергаете себя угрозе чумы?

— Во-первых если бы я не успел прибыть их бы тут сожгли, – Альберт говорил на тон помягче, – А во-вторых это не чума, а Огонь святого Антония. Алхимик поднял с пола кусок засохшего хлеба со следами крысиных зубов. Мэрган обратила внимание на трупики грызунов в углах лачуги, – Отравление спорыньей. Отсюда и жар и рвота и кошмары. А язвы…

— Да вижу что не язвы. Больше на фурункулы похоже. Это от плохой пищи.

Альберт кивнул Мэрган и та с силой разжала рот одного из больных, чтобы алхимик смог влить туда какую-то резко пахнущую жидкость.

Вскоре курс лечения был закончен. Довольный прокаженный тут же отбыл записывать результаты, вместе с ним ускакала и часть наемников. Другая осталась сторожить покой ценных для наблюдений больных.

Мэрган же без промедлений отправилась домой. Шабаш был не за горами.

Мэрган с интересом посмотрела на колдуна – тот извлек из под мантии пузатую флягу с широким горлышком. Закрывающая его пробка была вдобавок замазана тонким слоем воска.

— Освященная вода. Получил лично от отца Фогеля.

— В таком случае я немного сомневаюсь в святости.

— Успокойся, вода в норме, – Погост продемонстрировал обожженный палец, – Обряд вели святые старцы из дальних монастырей. Если на шабаше что пойдет не так, это станет хорошим аргументом.

— А с пробкой что?

— Ты же не желаешь, чтобы сюрприз учуяли раньше времени? Кстати одеться ты поспешила, – Погост поставил перед Мэрган большую банку наполненную чем-то похожим на жир.

— Это еще зачем? – Мэрган принюхалась, к ее облегчению пахло приятно, какими то травами и цветами.

— Хочешь быть похожей на ведьму? Или на самозванку? Все должны поверить, что ты туда прилетела. А ведьмы без летательной мази подняться на метле не способны. Рекомендую тебе полностью раздеться и вымазаться с головы до пят. Я подожду за дверью.

Трудно перечислить все те слова которые сказала о чародее Мэрган пока добиралась до места шабаша. Будь на деревьях листья они бы покраснели точно. Палача можно было понять – пришлось лезть через стену, так как ворота на ночь были естественно заперты, да и девушка с метлой на плече могла вызвать легкие подозрения у стражи.

Сумка на ее поясе на ругательства не отвечала, лишь сердито сопела и покусывала ткань.

Живой лес сменился мертвым. Тянущиеся к небу голые ветви деревьев уже не выбросят листьев по весне. Виной тому широкие кольца срезанной коры и надрубленного луба вокруг ствола. Что поделаешь, но людям тоже нужно место. Лес сох уже несколько лет и скорее всего следующей весной уже будет подожжен. Высоко взметнется пламя, сжигая все и вся, что не успеет сбежать. Выгорят кусты, корни сорняков и на этом месте останется лишь толстый слой золы, на котором проведя надлежащие обряды и устроят поле, которое еще добрые пятнадцать лет будет кормить селян. Но это весной, а сейчас засохший лес был заснежен и пуст.

Увидев меж мертвых стволов высокое пламя костров, Мэрган встрепенулась и поудобней устроив на плече метлу, заспешила вперед. Вокруг меж тем появились и другие следы человека – обломанные сучки да следы на снегу, порой начинающиеся прямо из ниоткуда.