Книга Три похищенных солнца. Расследования механического сыщика, страница 11 – Тимур Суворкин

— Вы знаете, как церковь и Промышленный совет относятся к сектантам. Если все всплывет, разразится такой скандал, что Фосфор Даниилович рискует лишиться поста. – Посмотрев на меня, Серафим Мирославович чуть помолчал и продолжил: – Трон императрицы шаток как никогда. Если ее не будет поддерживать Сибирская коллегия, то грядущий переворот Промышленного совета почти наверняка окончится поражением монархии.

Я сжал челюсти. Ситуация была хуже, чем я думал.

— Зыбов – богатый промышленник, нефтеторговец, – добавил Осветов. – У него было немало знакомых в Промышленном совете. Огласка и рассмотрение дела особой комиссией – все это уже неизбежно. Но мы еще можем что-то предпринять.

Мороков положил передо мной солидного вида документ, украшенный императорской печатью и изящным росчерком Екатерины Третьей:

— Держите. Бумага подтверждает ваши чрезвычайные полномочия. Вы поедете в Юргут и найдете виновных. Если это сектанты – доставите их сюда. Мы… – Мороков сделал паузу, – все уладим. Если же сектанты здесь ни при чем – действуйте по обстановке. Главное – чтобы ничто не угрожало Сибирской коллегии.

Я прищурился:

— «Все уладим» – это как?

— А это уже не наша забота, – отрезал Серафим Мирославович.

Я замер на секунду. С одной стороны, Мороков был моим покровителем, человеком, которому я был обязан очень многим. Он часто помогал мне. Отказаться – значило не просто проявить неблагодарность, но и поставить под удар все, что он пытался сделать для империи.

С другой стороны, методы графа я знал прекрасно, а потому так просто пойти на подобное не мог. Во-первых, я был сыщиком, а во-вторых, человеком.

— Серафим Мирославович, – начал я, осторожно подбирая слова, – если там действительно виноваты сектанты, их все равно должны судить по закону. Нельзя просто «убрать» проблему.

Мороков мягко улыбнулся:

— Зачем существует закон? Закон существует для порядка. А если соблюдение закона приведет к хаосу – что же тогда?

Я промолчал. Мороков тем не менее был прав в одном: если Сибирская коллегия падет, последствия для императрицы могут стать катастрофическими.

Вздохнув, я снова чуть помолчал и наконец произнес:

— Хорошо, я посмотрю, что там можно сделать.

Мороков улыбнулся:

— Не сомневаюсь в вас.

— Единственное, нам потребуется время, чтобы передать дела, – начал было я.

— Следующий рейс в Юргут завтра. Так что поторопитесь, – только и ответил граф. – И да, Парославу Симеоновичу я сейчас позвоню, улажу вопрос о вашей командировке. Мы с ним уже успели стать добрыми друзьями – будьте спокойны, он вас отпустит. Итак, сегодняшний день вам на сборы, завтра – вылет. Перетряхните хоть весь Юргут, но решите нашу проблему. Вам все ясно? Вы понимаете важность ситуации?

Я снова кивнул, уже без возражений.

По-видимому, на звонок Морокова Парослав Симеонович отреагировал в характерном для него духе – крайне эмоционально и очень громко. По крайней мере, это было единственным для меня объяснением, почему уже совсем скоро все сыскное отделение прознало, что нас с Ариадной собираются отправить в Сибирь.

Первым в кабинет заявился мой коллега Могилевский-Майский и вроде бы деликатно, а вроде бы и весьма настойчиво попросил меня вернуть пятьдесят рублей, что я был должен ему в карты. Получив требуемое, сыщик откланялся, на прощание попросив поберечь себя.