Книга Убийство в летнюю ночь, страница 56 – Тимур Суворкин

Фрол Федосеевич перестал дышать. От обличения настоятеля сердце отчаянно колотилось в груди, а в ушах слышался звон. Ему казалось, что взгляды всех гостей должны быть прикованы к нему, впиваться в его побелевшее лицо, видеть его страх, однако когда он посмел поднять глаза, то с удивлением понял: никому нет до него дела. Все собравшиеся в зале смотрели лишь на одного человека – на Льва Варфоломеевича Пинина.

Князь замер, поднявшись из-за стола. Его лицо, обычно жесткое и надменное, было мертвенно-бледным. Глаза, широко распахнутые, смотрели куда-то за спину Фрола Федосеевича – в темноту двора за окном. Тонкие, холеные руки князя мелко подрагивали.

Ничего не понимая, купец уставился на отца Наума. Настоятель, впрочем, был удивлен даже больше самого Фрола Федосеевича. Ничего не понимая, он переводил взгляд с купца на князя и обратно.

Наконец Фрол Федосеевич оглянулся, посмотрев в сад. И там тоже ничего не было: ни чертей, ни кровавой росы, ни сатаны. Единственное – там имелись вилы, однако нес их вышагивающий по темной дорожке Тимоха. После случая с мопсенком купец срочно велел доставить в цветник груду навоза, и вот приказчик, видимо, в очередной раз шел его раскидывать, дабы отбить от грядки любой подозрительный запах.

Пауза в столовой затянулась.

— Ваше превосходительство?.. – робко окликнул Пинина один из гостей.

Князь вздрогнул, точно сбросив с себя наваждение, и поспешно сел, после чего залпом осушил бокал вина и приказал слуге налить еще. Наконец он посмотрел на отца Наума.

— Простите великодушно. Чего только в темноте не примерещится. Вы продолжайте, батюшка. Так что там, в саду том проклятом, помимо сатаны имеется?

Гости вновь обратились в слух, однако отец Наум, полностью сбитый с толку произошедшим, лишь что-то пробормотал про искупление грехов через покаяние и умолк окончательно.

Прошла минута, другая, и общая неловкость наконец рассеялась. Заскрипели стулья, кто-то кашлянул, послышался легкий смех. Трапеза пошла своим чередом. Однако Фрол Федосеевич ясно видел – Ангелина Максимовна к произошедшему отнеслась со всем вниманием. За весь ужин глаз с князя она так и не спустила.

* * *

К полуночи гости разъехались. Столовая погрузилась во мрак, который разгоняла лишь пара свечей. Ангелина Максимовна сидела подле купца и задумчиво смотрела на длинные, искаженные тени, рожденные подрагивающими огоньками. Они почти не говорили – ждали возвращения Гамильтона.

Англичанин пришел в первом часу. Встретив вопросительный взгляд Ангелины Максимовны, он мрачно вздохнул и тяжело опустился в высокое кресло.

— Что же вы молчите? – не выдержала она. – Вы сумели пробраться в усадьбу?

Англичанин медленно, через силу кивнул.

— У меня получилось, но я чуть не попался на глаза слугам.

— И что же? Вы что-то нашли? – голос Ангелины Максимовны дрогнул.

— Я был в оружейной комнате. Там и правда есть шкаф, одна из полок которого пуста. Я проверил нижние дверцы. Внутри стояла банка с порохом и коробка со свинцовыми пулями. И та, и другая вскрыты. Пороха и пуль взято совсем немного. Как раз на то, чтобы зарядить пятиствольный пеппербокс.

— Господи, – Ангелина Максимовна вздрогнула.

Англичанин, не глядя на нее, порылся в карманах брюк и швырнул на стол смятую записку.