Книга Скандальная любовь лорда, страница 26 – Вера Ширай

— Как интересно, — мягко улыбнулась Эвелин. — Я и не подозревала, что в Англии дамам нужны специальные учебные программы для подготовки к замужеству.

Она произнесла это так невинно, что шпилька прозвучала почти как комплимент.

Банкир прикрыл рот ладонью, изображая кашель, и спрятал за ней улыбку. Натан же вовсе не собирался скрываться, он искренне рассмеялся и тихо шепнул что-то Эвелин на ухо.

Герцог, заметив столь оживлённое веселье в их кругу, подошёл ближе, явно не желая пропустить интересную беседу. За ним тут же потянулись другие джентльмены, образуя плотный полукруг.

— Вы хотите сказать, что для удачного замужества и семейной жизни даме не требуется образование? — воскликнула леди Торпенгейм, не простив столь дерзкой шутки.

— Ну что вы, — мягко ответила Эвелин. — Родить ребёнка, постараться дать ему всё самое лучшее и, конечно, любить мужа может каждая, независимо от статуса и ученой степени. Но это другое … это не образование.

Она произнесла это почти шёпотом, но так, что услышали все.

— Мы говорим не о том, мы с вами обязаны открыто говорить о невзгодах и опасностях вашего образа жизни: трудящейся женщины, — парировала леди Торпенгейм.

Её шея и щёки покрывались красными пятнами, словно даму покусали комары.

Эвелин и Натан одновременно, почти синхронно, строго посмотрели на леди. Дама, не раз рассуждавшая о важности безупречной репутации, сейчас с лёгкостью задевала чужую честь, и при этом продолжала изображать святую покровительницу нравов, не гнушаясь финансовой поддержкой столь «сомнительных» гостей.

— Я всего лишь переживаю, что ваш пример может оказаться заразительным, — поучительно произнесла леди Торпенгейм, понижая голос до едва слышного шёпота.

— Для кого? — с вызовом спросила Эвелин.

— Для юных дам.

— Ох, не волнуйтесь, — спокойно ответила Эви. — Традиционный уклад семьи, где муж решает все проблемы, выглядит куда приятнее и соблазнительнее, чем честный труд актрисы.

Беседа стремительно утомляла Эвелин, и подобный исход мог лишь отдалить их от задуманного плана. Девушка осторожно оглядела зал, пытаясь понять, сколько человек слышали их перепалку и многие ли мысленно поддержали леди Торпенгейм. Она чувствовала, как успех ускользает от неё.

Раздосадованная и уставшая, осматривая окружающих, она и сама не заметила, что за ней наблюдают с не меньшим вниманием.

Герцог Ашмор привык выбирать самых утончённых леди: скромных, сдержанных, ожидающих от него помощи и покровительства. Но сейчас его впервые заинтересовал образ, полностью противоположный привычным вкусам. Ему нравилась эта дерзкая, свободная, острая на язык девушка.

В его воображении она уже стояла рядом, опираясь на его локоть и опустив в пол глаза, позволяла ему заступаться за неё.

Эвелин, всё ещё раздражённая разговором, мельком взглянула в его сторону. Она почти физически ощутила на себе его изучающий взгляд.

Секунда.

И вновь — актёрское мастерство, не укрывшееся от наблюдательного взгляда герцога Ашмора. Актриса улыбнулась ему и чуть выше подняла подбородок, словно не было той беседы. Он же, как бы между прочим, отсалютовал ей бокалом.

— Устроивший такое заслуживает места в тюрьме! — громко бросил мужчина, пробираясь к бару. Он всё ещё прикрывался шляпой, словно толпа могла ворваться и сюда, и с раздражением оглядывал собравшихся. — Граф Уитфорд обязан проследить, чтобы ноги этого журналюги больше ни в одной газете не было!