Книга Её единственный омут спасения, страница 79 – Екатерина Звёздная

— Мы через час будем в столице. Тебе стоит привести себя в порядок. Сира переведут во врачебный корпус во дворце.

Я, неуверенно кивнув, прошла за мужчиной, ссутулив плечи, обратно в комнату командира. Потратив последний час на корабле на то, чтобы немного привести себя в порядок, хоть что‑то поесть и одеться в свой старый костюм, я ожидала Бета, сидя на кровати. Моя поза уже давно потеряла следы былой уверенности. Все годы, что я так храбрилась, подбадривала себя, оказались стёрты в одночасье.

— Не волнуйся. Уверен, тебе будут рады.

Бет пришёл забрать меня, когда корабль приземлился. Я неуверенно кивнула, последовав опять за мужчиной — словно покорная собачка.

— Тебя проводят, — бросил Бет, указывая на слуг, одетых в необычные бело‑серые наряды.

Не обращая внимания ни на что вокруг, я, смотря себе под ноги расплывающимся от слёз взглядом, следовала за каким‑то слугой. Так мы и шли молча мимо стен, колонн и растений.

— Добро пожаловать.

Ласковый, спокойный голос вывел меня из оцепенения. Взгляд выловил чужой образ. Проморгавшись, позволяя нескольким слезинкам скатиться из глаз, я смотрела на женщину, которая сидела на одном из диванчиков в небольшой комнате, похожей на гостиную. Оглядевшись, я приметила, что, кроме нас и двух служанок, стоящих у стены возле входа, в комнате больше никого не было.

— Спасибо, — растерянно пробормотала я, изучая женщину.

Та выглядела молодо, но я чувствовала, что она значительно старше. В её внешности были какие‑то неуловимо знакомые черты.

— Всё хорошо?

Женщина поднялась и медленно подошла ко мне, словно боясь, что я сбегу, если она будет делать резкие движения.

— Да, — проговорила неуверенно я.

— Очень надеюсь, — мягко улыбаясь, женщина подошла ко мне. — Рада с тобой познакомиться, Бая.

Молча изучая стоящую передо мной женщину, я всё пыталась понять, что в её облике меня удивляет.

— Если хочется плакать — плачь. Не стоит сдерживаться.

И мягкая рука легла мне на щёку, вытирая дорожку слёз. И, словно им дали добро, слёзы полились градом. Горло сдавило рыданиями, а в груди всё сжалось от нехватки воздуха. Рыдания накрыли, а тело начало обмякать — силы разом покинули меня.

— Всё будет хорошо, — меня заключили в тёплые объятия и помогли сесть на ближайший диванчик.

Я же продолжала давиться рыданиями, крепко обняв незнакомого человека. И не было дела ни до чего вокруг — только лишь выплакать бы все негативные эмоции.

Сколько прошло времени, я не знаю. Лишь ощущала приятное тепло, словно ребёнка мама укачивала в своих объятиях. Мягкая рука гладила по голове и помогала вытирать платком сопли, слёзы и слюни с лица.

Когда истерика прекратилась, меня накрыла волна стыда. Красная сначала от рыданий, теперь краснела от стыда.

— Простите, — выдавливала из себя слова, высмаркиваясь в протянутый платок.

— Всё хорошо, главное, чтобы ты чувствовала себя лучше.

Доброжелательность постороннего человека обескураживала. Но больше обескураживало собственное поведение.

— Я выставила себя не с самой приглядной стороны, — бормотала, стараясь лишний раз не смотреть на женщину.

— Тебе не стоит так переживать. В этом нет необходимости. Наоборот, я рада, что ты смогла поплакать: слёзы приносят больше успокоения, чем всё остальное.

Бормоча что‑то в знак согласия, я бегала глазами по гостиной. И только сейчас приметила, что комната очень красивая: стены украшали узоры в восточном стиле, как и расставленная мебель. Мягкие цвета комнаты были приятны глазу: белый, золотой, коричневый, бежевый переплетались в причудливые рисунки. То тут, то там я находила интересные образы животных, птиц, рыб, многие из которых мне были незнакомы.