Книга Её единственный омут спасения, страница 74 – Екатерина Звёздная

Бет нахмурился:

— Вы о Сире?

Я промолчала. Говорить о моих отношениях с этим мужчиной постороннему я не спешила.

— Прошу вас не сдаваться. Сир не самый простой человек, его характер тяжелее всех из нас вместе взятых. Каким бы спокойным он ни казался, но есть много того, что он скрывает. Даже я его плохо знаю, хоть и связывает нас больше, чем общая служба. Я надеюсь, что вы сможете вытащить его из того кокона. Хотя это даже не кокон, а клетка, в которую сам же себя и заточил.

Внимательно слушая Бета, я сжала вещи в руках. Его слова эхом отдавались где‑то внутри. Кивнув, я безучастно уставилась на ковёр под ногами.

— Я пока оставлю вас. Отдыхайте. В шкафу найдёте всё необходимое. Это ключ доступа везде на корабле, — в руку мне лёг маленький брелок. — Не переживайте за слова Мэра. Многие очень привязаны к командиру и переживают за него. Поэтому могут быть слегка грубы.

И Бет на этих словах исчез за дверью. Проводив его взглядом, я хмыкнула. Лёгкой грубость не сильно являлась — больше было похоже на неприязненное раздражение. Вздохнув, окинула взглядом комнату. Что ж, думаю, мне и правда стоит помыться и отдохнуть.

Пройдя от двери, я огляделась, лучше осматривая помещение. Комната была от силы квадратов десять‑двенадцать. Справа от двери тянулась стена метра в три с дверью — за ней оказалась небольшая душевая. Слева стоял длинный шкаф.

Я нажала на одну из кнопок сбоку на шкафу, ожидая, пока откроется створка. За ней оказалась стиральная машина с функцией сушки. Другая кнопка открыла две другие створки, за которыми спрятался уже шкаф с одеждой и банными принадлежностями.

Потянувшись за полотенцем, я замерла: в руках до сих пор держала части бронекостюма. Пройдя до стола, стоящего напротив двери, я положила свою ношу на пустую столешницу. Последним предметом мебели была полутораметровая кровать.

Комната оказалась обставлена минимально — даже как‑то непривычно. Просматривая разные видео в интернете о комнатах командиров других судов, я замечала: первым бросается в глаза богатство обстановки. А эта была и вовсе простой. Я была убеждена, что Карлан не относился к каким‑то простым командирам.

Вернувшись к шкафу, я взяла полотенце и большой чёрный халат. Внизу нашла пару тапочек такого же чёрного цвета. Вещи в шкафу вообще не кричали разнообразием цветов. За исключением пары костюмов серого и синего цвета, все вещи в шкафу были чёрными. Но и было их мало — словно этим гардеробом очень редко пользовались.

Несколько минут потратив на изучение функционала душевой, я встала под упругие струи. За последние две с лишним недели я наконец могла вспомнить, что такое чистота до скрипа. Надеюсь, в будущем мне не придётся так надолго оставаться без элементарных привычных удобств.

На полочке стояло несколько различных баночек. Найдя мыло и шампунь, без зазрения совести я воспользовалась ими. Мыло ничем не пахло, а вот шампунь пах очень приятно и знакомо — именно этот запах я ощущала во сне, помимо запаха рубики. На баночке было написано на неизвестном языке, поэтому прочесть надпись не смогла. Расстроилась: очень уж хотелось знать, что за дерево, цветок или плод так пахнет.

Пока ожесточённо оттирала с тела всю въевшуюся грязь, а заодно и ощущения страха и боли последних недель, я обдумывала свою жизнь. Сейчас она круто изменила своё направление, сбивая меня с ног. Я и до этого не ощущала себя стоящей твёрдо на земле и готовой двигаться вперёд, а теперь и вовсе думала, что будто зависла в воздухе без возможности идти.