Книга Её единственный омут спасения, страница 47 – Екатерина Звёздная

От слёз глаза опухли, голова болела от рыданий. Смежив веки, я стала проваливаться в прерывистый сон. Полноценный сон не шёл — я постоянно просыпалась, ощущая, что Аля в моих руках тоже иногда двигается. Видимо, и она спать толком не могла. Так наши часы пребывания на пиратском корабле начали свой бег.

— Ты была права, — хрипло заговорила Аля.

На корабле мы провели уже довольно долго. Несколько раз к нам заходили пираты, принося с собой пакеты с едой и водой. Они бросали их на пол возле двери и тут же скрывались. Сначала девушки не спешили брать еду, но со временем голод пересиливал, и прерывистая вереница тянулась за пайками.

Я сама сходила за двумя наборами для нас с Алей — подругу не держали ноги. Позже обратила внимание, что одна нога опухла. В надежде, что это всего лишь вывих, я запретила ей вставать.

И вот, спустя примерно сутки, по моим подсчётам, Аля решила заговорить.

— И в чём же? — спросила я глухо, стараясь подавить зевок.

— Золох — сволочь.

Эта новость меня удивила. Аля, которая всегда в людях старалась разглядеть либо хорошее, либо ничего, решила дать кому‑то такую отрицательную оценку.

— И когда ты успела увидеть его натуру?

— Когда он общался с пиратами и указывал, кого именно похитить.

Я замерла. Несколько девушек рядом со мной тоже замерли. Мы все посмотрели на Алю.

— Поподробнее.

— Он был одним из наводчиков. Я успела узнать, что примерно четыре студента и восемь преподавателей замешаны в нашем похищении. Они отключили систему безопасности — правда, смогли только на короткое время, — обманули систему слежения и фактически указали, кого забирать.

— И нас в том числе.

— На счёт тебя — да, но вот я оказалась случайно. Меня он перепутал с другой девушкой, но её они уже не могли похитить — не было времени.

Комната погрузилась в тишину. Все переваривали полученную информацию.

— Ты врёшь, — заявила одна из студенток.

— Ну вру, раз ты так говоришь. Только что с того теперь, если ты сидишь здесь, а не в тёплом лекционном зале? — ехидно заметила Аля.

— Но почему Золох? — спросила другая.

Никто не мог дать ответ на этот вопрос. Я же боялась предполагать. Ибо предположение могло быть только одно: либо Золох, либо вся их семья — предатели. Но вот что они хотели получить с этого похищения, оставалось загадкой.

— И для чего нас похитили? — озвучила мучивший всех вопрос другая девушка.

И на него ответ уж точно никто дать не смог. Аля же только пожала плечами и крепче обняла меня.

— Лучше подумали бы, когда нас спасут, — фыркнула пятикурсница, попытавшись найти долю оптимизма в сложившейся ситуации.

Я часто видела её на некоторых совместных лекциях. Она была дочерью известного военного медика в коалиции, но особым талантом в учёбе похвастаться не могла. Думаю, отец с целью найти ей хорошего мужа отправил её в академию.

— А будут ли спасать? — тихий, едва слышный голос пронёсся над головами.

Комнату накрыла гробовая тишина. Вести дальнейшие разговоры у всех отпало желание. В дальнейшем слышались только шорохи, перемежаемые редкими рыданиями.

Я наблюдала, как девушки становились всё грустнее. На лице некоторых проступали красные пятна от постоянного плача, а тёмные мешки под глазами говорили о явных проблемах со сном.

Вторые сутки прошли в гробовой тишине. Спала я снова урывками, чередуя сон с наблюдением через единственное окно в отсеке, которое располагалось под потолком, за проплывающими звёздами. Иногда были видны части каких‑то планет и груд камней.