Книга Её единственный омут спасения, страница 129 – Екатерина Звёздная

Тяжко вздохнув, я нашла в шкафу длинную футболку и, переодевшись, с удовольствием заползла под лёгкое одеяло. Кровать была немного больше той, в которой я спала последние дни. Но то ли от ощущения, что я нахожусь там, где распространяется безграничная власть Карлана, то ли просто от чувства успокоения, я почти сразу заснула. И моё желание обдумать снова варианты дальнейшей жизни даже не воплотилось в реальность.

Из глубокого сна меня вырвал мой же стон…

Первое, что я смогла осознать, — было прохладно. И только одну из грудей обдавало жаром. С трудом приоткрыв глаза, я смогла рассмотреть белую макушку. Волосы, заплетённые в косу, расслабленным удавом растянулись по кровати, щекоча бок и ногу.

Гулко застонала, когда вершину захватили в плен горячие губы, и вцепилась в белые волосы.

— Лан… — простонала я, не до конца осознавая, что вообще происходит.

Мужчина хмыкнул и поднялся надо мной. Мой взгляд прошелся по мужскому лицу — по довольной моське, — спустился по накачанной груди к прессу и остановился на буквально кричащем о своём желании мужском достоинстве. Глаза невольно расширились, а сон как рукой сняло: картина была слишком смущающей.

Застонав в очередной раз, я прикрыла глаза рукой.

— Малыш, не прячься, — хрипло проговорил мужчина.

Помотав головой, я продолжала прятаться. Мужчина хмыкнул, а голос игриво уговаривал:

— Неужели неинтересно? Совсем‑совсем?

А я чувствовала, как жар, сначала захвативший щёки, медленно перетекает на уши. Глухая пульсация мешала слышать.

— Не прячься, — на тыльную сторону руки опустился лёгкий поцелуй. — Начинай привыкать, — кожу лизнули и слегка прикусили.

Расставив пальцы, я в щёлочку посмотрела на Карлана. Встретилась с его хитрым взглядом, который захватил меня в плен. Широкие руки медленно опустились на бёдра, огладив по пути изгибы талии.

Разведя мои ноги, Карлан поместился между ними и потянул меня на себя. Охнув, я вцепилась руками в матрас под собой, не понимая, что происходит. Бёдра потянули вверх, закинув ноги на широкие плечи. Я, застыв, смотрела на то, как мужчина облизнулся, словно дорвался до какого‑то лакомства, и лизнул клитор.

Охнув, я вцепилась в широкие предплечья, пытаясь вырваться из хватки. Но шанса мне не дали: язык ещё раз прошёл по самому сокровенному месту, выбивая из меня все силы к сопротивлению и протяжный стон.

Язык сначала описал круг, а после губы втянули горошину внутрь, заставив меня выгнуться в попытке сбежать от этого мучительного чувства жара и удовольствия.

— Лан, — сорвалось с губ, словно прося о чём‑то.

— М? Ещё?

Я помотала головой и дёрнула ногами, но бёдра продолжали держать в стальной хватке. Когда клитор опять оказался в плену чужих губ, я непроизвольно сжала бёдра, захватывая лицо в плен. Послышался смешок, но он казался отдалённым — все мои чувства сейчас были сосредоточены в одной точке.

Язык прошёлся по вершине и спустился вниз, проникая внутрь. Охнув, я царапнула ногтями кожу на предплечьях, чтобы вновь вцепиться в них.

— Не на… до… — еле шептала я.

Горло сдавило, мешая говорить и дышать. А удовольствие продолжало сгущаться внизу живота. Когда лепестки огладили длинные пальцы, новая волна удовольствия поднялась вверх к груди, вызывая лёгкую дрожь.

Не знаю, сколько времени прошло, пока Карлан играл с самым сокровенным местом, но я только и могла извиваться в попытках сбежать от тех неведомых ранее ощущений. Когда казалось, что вот‑вот меня настигнет оргазм, Карлан остановился, опуская меня, еле дышащую, на кровать.