Онлайн книга «Аккорды сердца»
|
─ Улыбнись, Беляночка, ─ просит обычно самый тихий и маленький мужичок. ─ У тебя улыбка всегда сердце греет лучше спирта. ─ Да тихо ты, видишь человеку неловко! ─ толкают его, и тот пошатывается. А и правда улыбаюсь, трогая клавиши. Борюсь с невольно выступившими слезами, потому что не верю, что снова могу просто делать то, что хочу, и никто мне этого больше не запретит. ─ Послушаете меня сегодня? ─ Да хоть сто порций, ─ хохочет мужчина, и вскоре к нему присоединяются его коллеги, устраиваясь вокруг меня в лучах заходящего, неожиданно яркого солнца. Надеюсь, нас не разгонят, как какой-то несанкционированный митинг… Сперва я просто разогреваюсь, пробую исполнить что более-менее весёлое, что недавно сочинила, задав некоторое настроение моей благодарной публике, для которой я частенько играла, а потом кто-то внезапно требует: ─ «Светлячков» давай! Даже не знаю, откуда у них такие познания о моём творчестве, но мне от этого очень тепло, пусть и погода совсем не радует. ─ Желание публики для меня закон. ─ Слышали? Прикрываю глаза, делая вдох. Я ещё ни разу не выступала с этой песней официально и не ждала, что кто-то сегодня захочет её здесь услышать, но я больше не хочу прятаться. Мысли об Эле и всех тех, кто когда-то ушёл, прорывают мою незримую броню, и больше не получается за ней скрываться. Вновь касаюсь клавиш, боясь, что мелодия будет звучать такой же, какой её сделали, однако вместо этого пальцы высекают что-то нежное и грустное, мгновенно задающее нужный ритм, а мой голос следует за ним. ─ Вернись домой. Я буду ждать тебя, пока есть силы, Я буду звать, пока дыханье не остыло. Вернись за мной… Когда я открываю глаза, вокруг уже гораздо больше людей, причём, не только мои знакомые. Кто-то даже снимает всё это на видео, но большинство включили фонарики и медленно размахивают ими в воздухе, ожидая продолжения, и я не могу им отказать. Пою, проживая всё, что когда-то вложила в текст, как в первый раз, только сейчас это в сотни раз сильнее. По моей коже бежит ток, заставляя сердце разгоняться, а слёзы закипать, но это нисколько мне не мешает. Этими словами я будто кричу в космос, чтобы меня услышал один единственный человек. Услышал и снова оказался рядом. ─ И пусть свет сотен маяков ведёт тебя ко мне. Пусть озаряют путь в кромешной тьме. Как светлячки… На последнем аккорде финального повтора припева я обрываю всё, не в силах больше ничего исполнить, и слышу гул аплодисментов. Меня практически сносит волной чужих чувств, взглядов, блестящих от слёз, восторга вперемежку с грустью, и я понимаю, что ищу лишь одно лицо, которое хочу увидеть. Но вижу совсем другое. Она подходит в числе прочих со странной смесью эмоций в глазах, и вокруг нас образуется пустое пространство, словно бабушка Михаэля — злая ведьма, пришедшая испортить праздник. ─ Не могу поверить, что ты действительно знакома с этими маргиналами, ─ морщится, подходя ближе, и к ней подступает Зенит, осматривая старушку со свистом. ─ Мадам, покружимся в танце? Вместо ответа она достаёт несколько довольно крупных купюр и повелительно тянет: ─ Иди и угости своих друзей. ─ Благодарю, красавица. Он оставляет нас наедине, и моя эйфория чуть стихает, но не исчезает. ─ Что вы здесь забыли? Вашего внука я тут нигде не прячу. |