Книга Бюро (не)добрых услуг. Ваши проблемы — наша работа, страница 79 – Евгения Грин

Барон, как лицо заинтересованное, присутствовал на дознание. Буравил меня взглядом и гаденько улыбался, изредка вставляя свои бесценные замечания.

Эти двое для себя всё решили. Нашли виновную, вынесли приговор, привели его в исполнение.

— Прости, — попросила прощение у Дин. Упёрла локти в колени и положила подбородок на кулаки. — Я нахамила тебе на балу, расстроила свадьбу Эдварда, сама отказалась становиться его маяком. Да после всего этого тебе полагается ещё и дровишек в мой костёр подкинуть. Где подвох?

— Его нет. Я не имею ничего против тебя, если ты об этом. Так ты расскажешь, как попала в тюрьму в первый раз?

— Мне нечем хвастаться, — пожала плечами. — Меня арестовали за попрошайничество.

Дин ахнула:

— Как интересно!

— Нам с братом тоже так сперва показалось. Мы прикинулись нищими и на спор клянчили деньги у прохожих. В итоге оба оказались за решёткой за бродяжничество. Просидели сутки в общих камерах. Потом отец сжалился и разрешил нас отпустить.

— Так у тебя тоже есть брат! — Этот факт отчего-то привёл Дин в восторг. — И какой он?

— Клайв? Шутник, игрок, любимчик дам от года до бесконечности и завсегдатай закрытых мужских салонов. А ещё балбес.

Дин хихикнула.

— И кто выиграл в вашем споре?

— Конечно, я. Тринадцатилетней худенькой девчонке разжалобить людей намного проще, чем семнадцатилетнему верзиле. Клайв почти ничего не заработал. Пришлось ему расставаться с лошадью. Говорю же, балбес.

— И всё-таки ты его любишь, — сделала вывод Дин.

— Временами. Чаще мне хочется его придушить и, поверь, это взаимно.

— Он красив?

— Как эльф, только ещё лучше. И такой же заносчивый.

— Я бы взглянула на него. Люблю красавчиков. — Блондинка уже откровенно смеялась в голос.

— Лучшее не надо. — предупредила девушку. — Клайв волочится за каждой симпатичной юбкой, добивается и сразу же забывает.

— Ну-у, — протянула Дин. — Со мной у него ничего не выйдет. Я никогда ни в кого не влюблюсь и замуж не выйду.

— Почему?

— Пока я одна, Эди меня не бросит, — пояснила Дин совсем другим тоном. Таким знакомым. Сухим, лишённым эмоций. — И сделает всё, чтобы вернуться.

От такой логики стало не по себе, и я поспешила увести разговор в сторону, но, похоже, вновь промахнулась.

— Сколько тебе лет?

— Семнадцать.

— Вы с братом совсем не похожи.

— Все так говорят. Просто я в маму, Эди в отца.

— А ваши родители?

По потускневшему лицу девушки поняла, я задела больную тему.

Конечно, Дин ведь обмолвилась о своём одиночестве. Я же, вместо того чтобы промолчать, зачем-то продолжила лезть к ней в душу.

— Маму я не знала, её не стало в родах, папы — когда мне исполнилось пять. Я плохо его помню.

— Прости.

— Он тоже был ловчим.

Выпрямилась и, не придумав ничего лучше, просто обняла Дин.

Дальнейших слов не требовалось — после гибели хозяина, стихия перешла к его сыну.

— Это несправедливо, Грейс. Тьма не наследуется. Она могла выбрать себе любого, но ей понравился мой брат! — Голос девушки сорвался на крик.

Дин топнула ножкой, порываясь вскочить с места.

Не позволила ей вырваться.

Обняла крепче. Прижала к себе.

Совсем другим взглядом посмотрела на девушку, её наряд, неприлично дорогие, даже по моим меркам, украшения и эту её безграничную уверенность во всемогущество брата.

Наверняка Дин ни разу не слышала от Осборна слова нет, и всё же, того единственного, чего бы ей хотелось больше всего на свете, Эдвард, при всей своей силе, влиянии, деньгах, дать сестре неспособен.