Книга Шелк и кровь. Принцесса (не) должна умереть, страница 77 – Анна Платунова

Мы шли, и зеленые стены вокруг нас рушились, листья темнели, скукоживались, ветви трескались. Лабиринт осыпался пеплом на песок. Уже не нужно было искать выход. Вот они, крепкие ворота амфитеатра, распахнуты настежь.

Их удерживали распахнутыми двое мужчин, не ополченцы, не люди Корвина — явно из деревенских.

— Давайте, давайте, поспешайте! — зачастил один.

В открытом проеме я видела мой отряд, уходящий в лес. Его сопровождали люди Корвина, но не только, к ним присоединились мужчины из числа зрителей — тех самых, что еще недавно сидели на трибунах. Я заметила и родителей участников. Они шли, придерживая сыновей и дочерей, своих ли, чужих — неважно.

Я заметила еще одно знакомое лицо. Молодая целительница, которая вылечила мое запястье, торопливо пробиралась между людьми, увидев нас. Она протянула руки к Эрику, но я прикусила нижнюю губу и покачала головой.

Всего шаг отделял меня от свободы. Я оглянулась и нашла глазами Дирка, что застыл как изваяние, сложив руки на груди.

— Да пошел ты! — крикнула я.

На круглой, словно блюдце, поляне между светлых берез было обустроено временное пристанище, где мы отдохнем пару-тройку часов, прежде чем отправиться дальше. Задерживаться нельзя, но пока яд гударей действует, мы и так, считай, стоим на месте.

Корвин выставил посты и отдал приказ набираться сил. В царящем хаосе и сумятице он один выглядел так, словно точно знал, что делает, и внушал уверенность нашему расширившемуся отряду, теперь состоящему не только из игроков, но и из родителей, которые, разметав стражу, бросились с трибун к своим детям, и небольшой горстки верных Корвину людей, а также мужчин из ближайших деревень, примкнувших к мятежу.

— Корвин отправил ворона с вестью для армии моего деда, чтобы она выдвигалась нам навстречу, к Долине Ветров. Долина находится как раз на полпути от нас до границы с Солвейном, мы подойдем к ней одновременно.

Я снова видела мысленным взором, как формируется на ладони Корвина сгусток магии, постепенно обретающий очертания крупной птицы. Ворон склонил голову и посмотрел на своего создателя умными, такими же темными глазами. «Выдвигайтесь немедленно к Долине Ветров! — отчеканил он голосом генерала Райдера. — Где мы дадим бой войскам Хейла. Послезавтра на рассвете, не позже!»

— Корвин полагает, что оставшиеся в лагере Жатвы ловчие не будут нападать на нас сейчас, будут ждать, пока подтянутся основные силы. Но они идут следом, чтобы не потерять нас из вида.

Мой собеседник очень молчалив, не говорит ни слова. Я вздыхаю, и из глаз снова бегут слезы.

Лицо я кое-как оттерла от крови: Элейн, пошатываясь от слабости, притащила мне немного воды в фляге, которую взяла у своего отца. Принесла и лоскуты ткани, судя по всему, оторванные от нижней юбки ярлы Крейн. Подруга, плача, перевязала мне ладони и, чуть смочив влагой тряпицу, помогла омыть лицо. Подошли Вейн с Майлзом. Мы вчетвером обнялись над телом Эрика, а потом просто сидели некоторое время, растеряв все слова. Эрик бы непременно придумал, как нас подбодрить. С преувеличенным оптимизмом он бы болтал невесть что, как тогда, когда проводил нам экскурсию по лагерю Жатвы: изображал нашего преподавателя истории, поправлял невидимые очки и картавил. Но Эрик ничего больше не скажет, не рассмешит нас, не обзовет Майлза придурком и не назовет меня своей принцессой. Эрик лежит на носилках, на которых его тело тащили последние несколько километров: на две жердины намотали пятнистые куртки ловчих.