Книга Рыцарь и мотылек, страница 52 – Рейчел Гиллиг

Сарай не открылся.

— Зараза, да из чего сделаны эти двери?

— Ах, будь у нас орудие, которое помогает проходить сквозь стены, ну, не знаю…

— Ладно. – Рори снова полез в карман.

— Позвольте поинтересоваться, что, собственно, здесь за переполох?

Кинжал, который Рори носил при себе – о чем я не подозревала, – уже летел в воздухе. Клинок угодил горгулье-нетопырю прямо между каменных глаз и с глухим стуком упал на траву. Нетопырь на миг застыл со скошенными к переносице глазами, затем медленно перевел взгляд на меня.

— Неужели он только что попытался побить меня, Бартоломью?

Рори тоже уставился на меня.

— Бартоломью? Вот как тебя зовут?

— Да нет же, тупой ты… нет. Он всех зовет Бартоломью.

— С какого перепуга? – Рори повернулся обратно к горгулье. – С какого перепуга?!

— Не ори на него! – огрызнулась я.

— Может, свернуть ему шею? – поинтересовался у меня истукан. – Или подобное насилие ты тоже считаешь до омерзения недостойным?

— Считаю. – Я посмотрела на Рори. – Но можно сделать исключение.

Тот сердито воззрился на меня.

— Он же шутит, правда?

Нетопырь выпятил грудь.

— Мой долг – защищать Бартоломью от тех, кто желает ей зла. – Он чопорно отряхнул плечо. – Я обладаю незаурядным талантом к насилию.

— Желает зла… в самом деле? Я помогаю ей сбежать. – Рори укоризненно ткнул пальцем в сторону Ашлина. – Вы бьете ее, держите в заточении и топите. Кто из нас – зло, горгулья?

Кажется, нетопыря его слова озадачили.

Каменные глаза всмотрелись в меня.

— Что случилось с твоим лицом? – Истукан медленно моргнул. – Что значит «помогаю ей сбежать»?

— А недоумок тут у вас я, – покосился на меня Рори.

— Будь поласковей. – Я присела и заглянула горгулье в глаза. – Мне нужны мои молоток и резец. Где ключи?

— Ноша моя всегда при мне. – Нетопырь разжал когтистые пальцы и показал железное кольцо с ключами. – Но сейчас уже слишком поздно для работы, Бартоломью.

— Мне не для того. – Я подвела горгулью к двери сарая. – Я ухожу.

Истукан вытаращил глаза и замер. На миг он стал похож на настоящую горгулью – безжизненное каменное чудище, сторожевую псину Ашлина. А потом запрокинул голову и разрыдался.

— Почему, Бартоломью? Почему ты покидаешь меня?

Рори едва не выпрыгнул из собственной шкуры.

— Молю, заткни его. Он даже мертвого поднимет.

Плечи нетопыря тряслись, вопли эхом разносились в ночи.

— Мне д-даже н-не с кем будет п-поговорить! Н-никто н-не…

— Провидица! – рявкнул Рори.

— Я пытаюсь! – Зажать бы горгулье пасть рукой, но в таком состоянии бедняга запросто мог и покусать. Поэтому я лишь потрепала его по голове, улыбаясь натянуто и оттого не слишком убедительно. – Ты очень мне дорог. Я найду остальных и вернусь навестить тебя…

— Провидица. – На этот раз голос Рори прозвучал тихо.

Обернувшись, я увидела, как он смотрит в темноту.

А там, в двадцати шагах, из мрака за нами наблюдали еще три горгульи. Змея, медведица и соколица. Перед ними неподвижно, словно сама была высечена из камня, застыла…

Матушка.

Я выпрямилась.

— Простите. – Меня пронзила дрожь. – Я не могу остаться до конца службы, матушка. Я покидаю Ашлин. Сегодня.

В ответ ветерок шевельнул покров настоятельницы.

— Уходить опасно, – сказала она, раскрывая мне объятия. – Идем обратно в собор, дитя мое.

— Не могу, – повторила я. – Я иду искать Провидиц.