Книга Рыцарь и мотылек, страница 165 – Рейчел Гиллиг

Он повел нас вниз с холма, заставил подняться на следующий, мы прошли мимо хутора и оказались на том самом утесе, куда он вчера утром ходил полюбоваться рассветом.

Нетопырь остановился рядом с древним серым камнем, повернулся к нам и раскинул лапы.

— Итак, ваши аплодисменты!

Рори огляделся. Ничего не увидел. Нарочито медленно захлопал в ладоши.

Я тяжело вздохнула.

— Мы сюда не любоваться закатом пришли, горгулья.

— И я не за этим вас привел, Бартоломью. – Он кивнул на землю у наших ног. – Я привел вас посмотреть, что там, внизу.

Молчание.

Вдруг Бенджи повернул голову.

— Что это за звук?

— Я слышу лишь волны, – огрызнулась я.

Рори подтащил меня к себе и прикрыл мне рот ладонью.

— Тихо. Слушай.

Я сделала зарубку на память укусить его позже и затихла. Сначала я не слышала ничего. Лишь ветер шептал в траве, гудели волны, и сова бодро ухала вдали. Я уже собиралась вонзить зубы Рори в ладонь, как вдруг послышался другой звук – ближе всех остальных.

Откуда-то снизу доносился плеск воды. Мы с Рори одновременно опустили взгляды на камень у ног горгульи и встали на колени. Трава чуть сбоку от камня была примята. Камень был сдвинут, виднелась узкая темная полоса земли.

— Под ним что-то есть, – сказал Бенджи.

Рори присел на корточки. Ухватился за камень. Закряхтел от натуги, и от этого звука у меня внутри все сжалось.

— Давай-ка я. – Я пристроила свои руки поверх его и потянула. Камень оказался увесистым.

— Что, никто не сравнится с тобой в силе? – хмыкнул он и поднатужился.

В итоге мы подняли его вместе. Но отшвырнула валун прочь я в одиночку.

Рори усмехнулся.

— Любишь выставлять напоказ свою силу.

— А ты от этого таешь. – Мод подошла туда, где лежал камень. Теперь на его месте в земле зияла дыра – она была достаточно широка, и я могла бы в нее протиснуться. Мы обступили ее.

Казалось, будто заглядываешь в длинную темную глотку.

Плеск стал отчетливее. Запахло морской солью. Внизу, где-то в двадцати локтях от нас, виднелось слабое мерцание воды.

— В записях моего деда не было ни слова о том, что под Утесами Беллидина есть пещеры, – заметил Бенджи.

Мод цокнула.

— Откуда нам вообще знать, что Безутешная Ткачиха там?

— Именно так все выглядело в моих грезах, – прошептала я. – Там темно, свет пробивается только сквозь трещины сверху. Я натыкаюсь на каменную скамью, а на ней – гобелен. Вот где я вижу грузи́ло ткачихи. А потом… – затылок закололо от мурашек, и я потерла его, – …слышу шаги. Тяжелые, такие же, как прошлой ночью. Резкий стук прямо за спиной, но я так и не вижу, кто за мной гонится.

Все уставились на меня.

— Что ж. – Бенджи сглотнул, его кадык дернулся. – Весьма яркий сон.

— Такой жути я еще никогда не слышал. – Рори неистово терзал свою монету – чудо, что он случайно не переместился куда-нибудь. – Ненавижу тесные темные пространства.

— Надеюсь, ты никогда не умрешь, – сказал нетопырь. – Говорят, в могиле довольно темно и тесно.

— Очень обнадеживает. – Рори прикрыл глаза.

Я всмотрелась вниз, во тьму.

— Как ты узнал, что нам нужно сюда, горгулья?

— Говорю же, Бартоломью. Я знаю все – и знаю превосходно. – Он подошел к самому краю отверстия. Понюхал. – Воздух там спертый. – Повернулся ко мне. – Будем тянуть соломинки, чтобы решить, кто спустится первым? Или ты, как всегда, сжульничаешь и специально выберешь короткую?