Книга Фиктивная жена для злодея, страница 32 – Лиззи Голден

Но мне показалось или правда, что в светло-карих глазах кухарки на миг мелькнула грусть, когда она услышала мое имя?

Из всего делаю вывод, что Фэй здесь на хорошем счету у слуг. Да и у самого Морлена, видимо, тоже… была. Но так как я не Фэй, он решил не играть в благородство и сразу раскрыл карты, намекнув, что меня здесь ждет не райская жизнь.

Что ж, лучше буду простой служанкой, помогать на кухне этой милой женщине, драить полы в замке, только бы поменьше видеться с Морленом и уж тем более не исполнять супружеский долг.

Если он думает, что его главная проблема ― шрамы на лице, то глубоко ошибается.

Вскоре мне подносят тарелку с наваристым картофельным супом и куриной ножкой. Даже если это еда для слуг, а Морлен питается трюфелями и фазанами, я абсолютно не против.

К нам незаметно присоединяется еще одна женщина ― худая, изможденная, с темными кругами под глазами. Я бы ей дала больше сорока, но возможно, она моложе. Бледная, с острыми скулами, длинной темной косой, в которой проглядывает седина. Она села на краю стола, едва слышно поздоровавшись, и принялась есть, не поднимая глаз.

Да и все поначалу неловко молчали, а потом разговорились. Кухарку зовут Нэлла, и она работает у Морленов больше двадцати лет. Муж умер, детей не было. Дальние родственники ее не ждут, поэтому она считает этот замок своим домом. К тому же, по ее словам, лорд ее уважает и ценит.

Нэлла представила мне и ту тихую женщину. Оказалось, это Агнес, единственная уборщица в замке ― та самая, которую ко мне хотел прислать Финн. Неудивительно, что она выглядит так, будто не ест и не спит, но при этом куча пылищи повсюду: чтобы привести все здесь в порядок и десяти уборщиц недостаточно…

Как я поняла, это и все слуги ― четыре человека. Мило. Учитывая, что здесь работы непочатый край.

Но я прекрасно помню, почему отсюда все сбежали, и почти не удивилась, когда услышала:

— Как вам спалось, госпожа?

Если бы не ехидный тон и искорки в старческих глазах, я бы подумала, что Финн всерьез интересуется моим сном и здоровьем. Но он же, зараза такая, нарочно назвал меня госпожой. Спасибо, что фамилию лорда не присовокупил.

Медленно откладываю ложку и вытираю губы салфеткой.

— Очень даже неплохо, ― отвечаю, прямо глядя на него. И я не кривлю душой, ведь спала, как младенец, со вчерашнего дня. Ну, может, полчасика побоялась призрака, поговорила с ним, а потом снова уснула.

— И не слышали ничего?

Пожимаю плечами. И чего он добивается?

— А что я должна была слышать? ― делаю невинное лицо, приподнимая бровь.

Может, мне расскажут все о призраке, наконец? Что-то мне подсказывает, что если сама буду расспрашивать, то получу дулю с маком, а не правдивый ответ.

— Ничего, ― немного нервно отвечает за него Нэлла, сильно сжав перед собой крупные руки. ― Если вам хорошо спалось, значит, так будет и впредь.

С этими словами она тяжело встает и принимается собирать пустые тарелки.

Агнес, сидящая поодаль, закашливается.

Наливаю в пустой стакан воды из кувшина, стоящего посреди стола, и протягиваю ей. Она принимает стакан, поднимая светло-серые, почти выцветшие глаза.

— Спасибо, ― шепчет она.

Киваю и уже хочу отойти, но она перехватывает мою руку.

— Бояться нужно не мертвых… бояться нужно живых, ― тихо, почти шепотом произносит она, глядя на меня.