Книга Искорки между нами, страница 72 – О. Чжун

— А ты думала, что я шутил и просто так решил стать затворником? — наконец на выдохе сказал Сухо и даже усмехнулся.

Время позволило уйти напряжению.

— Конечно, нет, — притворно запротестовала Суджон.

А потом он начал говорить — долго, с подробностями, откровенно, без остановки. Рассказывал про прошлое, семью и друзей, ошибки и успехи, пока не дошел до злосчастной ночи, что навсегда отпечаталась в его памяти как клеймо. Это был тот недостающий фрагмент, который ускользал от Суджон.

— Юн Раон каким-то образом сумела подобраться к Богёну и наплести ему всякую чепуху. Она так досконально изучила меня, что каждое слово из ее губ звучало как правда. Мой лучший друг поверил, что меня могут связывать отношения с этой женщиной! Хотя, будучи k-pop артистом, должен был догадаться, что не все фанатки безобидны. Купился как последний простак!

— Ах вот где я его видела! K-pop группа KRIP?

Сухо оторвался от разглядывания вида за окном и с любопытством уставился на Суджон.

— Ты — фанатка K-pop? Он тебе нравится?

Она не удержалась от подшучивания:

— А если так, то что? Попросите автограф для меня?

— Нет, у меня появится на одну причину больше не впускать его, Ли Суджон.

Эти нотки ревности показались ей до ужаса милыми. Сердце дрогнуло.

— Не переживайте, господин Квон, мне не нравятся айдолы. — Она мягко улыбнулась. Хотела добавить: «Только один конкретный актер», но прикусила язык. Сейчас было не время для этого.

За окном резко потемнело. Пепельная серость превратилась в графитовую. Словно под властью изменения погоды, Сухо продолжил рассказ, который становился всё мрачнее.

— Он дал ей код от электронного замка моей квартиры. Когда я поздно ночью вернулся со съемок, то застал Юн Раон в спальне. Она лежала на кровати в ожидании меня, а в руках держала медицинский скальпель. Я до сих пор могу вспомнить его блеск под светом лампы. Потом Раон шантажировала, что если я не приму ее любовь, то смысла жить у нее не останется. Я пытался с ней поговорить, честно, пытался. — Сухо вздохнул и поджал губы. — Но мои уговоры оказались пусты. Она правда сделала. Так быстро, что я даже не успел моргнуть и вовремя сориентироваться. Какое-то время стоял и смотрел на нее, находясь в шоковом состоянии. Потом опомнился и бросился ей на помощь, несмотря на свою гемофобию. Юн Раон смеялась, что я наконец ее обнимаю. Смеялась долго, пока не упала без сознания. Тогда я по-настоящему испугался. Так сильно, как никогда в жизни. И сейчас до сих пор боюсь.

— Боитесь, что она может причинить вам вред?

— Я боюсь, что она снова причинит вред себе, — тихо ответил Сухо. — Но теперь окончательно и бесповоротно, чтобы я ничего не исправил. Она клялась, что уничтожит нас обоих. Суджон, если такое произойдет, я возненавижу себя. Я не хочу стать причиной гибели человека. Даже такого как она.

— Я понимаю вас.

Она медленно подняла руки и заключила Сухо в объятия. Теплота их тел слилась в одно целое. Суджон ощущала, как вздымается его грудь, как бьется сердце, как от его рубашки пахнет ментоловым гелем для стирки. Спустя пару минут она отступила. Сухо выглядел растерянным.

— Прости, что напросился на объятия. Я помню, что ты сказала при последней встрече. Мое признание ни к чему тебя не обязывает.

— Не извиняйтесь, господин Квон. Я правда хотела вас обнять. И буду обнимать всегда, когда это нужно или когда вы меня попросите.