Онлайн книга «Соседи. Книга 1»
|
Шутка про оборотня, если так подумать, оказалась не смешной. Вовсе не шуткой. Он вообще был, разговор этот? Помнит, Егор вновь протянул ей мороженое и, кажется, сказал, что раз она не маленькая и на подкуп не ведется, то он предлагает бартер: стаканчик – ей, Коржа – ему, все по-честному и по-взрослому. Да, кажется, так. Помнит, как кивнула, взяла из его рук мороженое. Как прошлепала к себе в комнату и закрылась на замок. Помнит, сидела на кровати и бездумно уничтожала почти двести килокалорий на ночь глядя, уставившись в одну точку. А прошлое ломилось в дверь, молотило в окно. Таяло во рту сливочным вкусом ее детства, в котором сосед на все голоса читал ей «Ежика в тумане». Это же… Егор. Мальчик из соседней квартиры. Двадцать два года как… Уже не мальчик, но все еще из соседней, все еще двадцать два… Мальчик, никогда ни при каких обстоятельствах не показывавший миру того, что в нем живет, что в нем болит, что там – внутри. Всегда прятавший собственные переживания настолько глубоко, что забывалось, что, как и у любого живого человека, они должны у него быть. В охотку верилось, что нет, и ей тоже, да. Это же Егор… Парень, чья беспечность расслабила людей, избавив их от необходимости искать ответ на вопрос о том, где его ложь, а где его правда. Обвешавший все подходы к душе замками и колючей проволокой. Егор… Говорит, что ему хватило потерь. И подтверждение сказанному читается в бездонных синих глазах. Говорит, что не готов к новым. И слова оглушают, потому что в них ты слышишь признание, что все еще что-то значишь в его жизни. Что ты – кто-то… Важный? И эта пьяная, ошалевшая мысль потом беспомощно бьется во взорванной, гудящей голове всю ночь, ты не можешь сомкнуть глаз. В который раз за одно лето все рассыпается высохшим песком и обращается трухой. В который раз разносит в щепки твой мир, совсем скоро от него останутся одни руины. Ты вспоминаешь его родителей, пять лет назад погибших на горной тропе, вспоминаешь последующие три года, вспоминаешь, как недопустимо быстро позволила сочувствию смениться неприязнью и осуждением образа жизни. Как возомнила себя наконец очень взрослой на его фоне. Вспоминаешь, как еще днем тебя снедала обида за то, что тебя считают дурой безмозглой, малолеткой, не способной взвесить риски и совершившей глупость вместо того, чтобы обратиться за помощью к «взрослым мужикам». Вспоминаешь, как ныряла и казалось, что назад уже не выплывешь, до поверхности не дотянешься и спасительный глоток кислорода сделать не успеешь. «Да она себя угробить запросто могла! Мозги же должны быть?!» Вспоминаешь. Вспоминаешь. Вспоминаешь. «Не готов…» Не готов. Достигнуть согласия с этим открытием, с самой собой не удается и к рассвету: мозг истерзан, внутренности выпотрошены, небо светлеет, краснеет, розовеет, окрашивается в янтарь, из соседней квартиры еле слышен какой-то бодрый мотивчик, и, пытаясь его распознать, ты проваливаешься в поверхностный сон. А в голове напоследок: «Почему?» Почему так тогда у вас все получилось? Почему сердце никак не успокоится, не угомонится душа? …Почему он, а не Ванька Смирнов, Вадим Стрижов или Федя Ежов? Почему он вот такой? И совсем смутным, расплывшимся, фактически безотчетным звучит: «Что?» Что тебе с этим всем теперь делать? Что ждет тебя впереди? Туман сгущается, отключая сознание и погружая в беспокойное забытье. |