Книга Соседи. Книга 2, страница 119 – Катерина Драгомирова

Пришлось выпустить Улю из рук, сделать шаг в сторону вновь прибывшего и протянуть ладонь для рукопожатия.

— Привет.

— А, черт! Здарова! – опомнился Андрей, неуверенно пожимая кисть. Эмоции на его лице чередовались со скоростью света: недоумение, шок, где-то и радость, осознание. Паника? – А вы… Вы… Это… Вы…

Егор склонил голову к плечу в терпеливом ожидании верных умозаключений. Но Дрон не торопился к ним приходить.

— Два попугайчика-неразлучника встретились после долгой разлуки, – завернула Новицкая, забирая у своего мужчины пару коробок с пиццей. И, вновь несколько нервно покосившись на Егора, скомандовала: – Пойдемте в большую комнату.

— Вроде понял, а вроде не понял ни хрена, – разувшись и проследовав вслед за Юлей, пробормотал Андрей. – А вроде понял…

— Пойдем… – прошептала Ульяна. Пока происходящее явно вызывало сильное смущение у троих из четверых.

Большая комната в этой квартире оказалась действительно большой и просторной. Без нагромождения лишней мебели. Светлые тона, балкон, заваленный подушками длинный диван, широкое кресло, развернутое к дивану по диагонали. И столик, на котором уже стояли бокалы, сок и вино и на который Новицкая водрузила коробки. Плазма на стене, зеркало. Под ногами паркет. Андрей упал в кресло, а Новицкая пристроилась рядом. Удивительно, но вдвоем они свободно в нем помещались и смотрелись вполне себе органично. Уля устроилась на краешке дивана. Мелькнула мысль, что дома, в родной обстановке, когда тебя одновременно не сверлят две пары глаз по большому счету посторонних тебе людей, чувствуешь себя куда как уютнее. Но делать нечего, он уже на это подписался, уже здесь. Усевшись рядом с Ульяной, по успевшей стремительно сформироваться привычке тут же загреб под руку и почувствовал, как она расслабляется. Если после этого Дрону по-прежнему что-то будет непонятно, то Егор умывает руки. Складывает с себя все полномочия.

— То есть нашлось-таки решение у этого уравнения? – хмыкнул Андрей. – Не зря из башни спасали.

Первый шок прошел, и голос Дрона повеселел, да и лицом он немного посветлел. Но прозвучавшая фраза показалась Егору абсолютно бессмысленной, так что пока он предпочитал слушать. В народе говорят: молчи, за умного сойдешь. Обмякшая было Ульяна шумно втянула носом воздух.

— Ага. Я считаю, что мы с тобой можем себе в карму по жирному плюсу зачесть. С чистой совестью! – заключила Новицкая, не сводя с них хищного сверкающего взгляда. Ей вся эта картина явно по нутру приходилась. И в то же время определенно продолжала удивлять: любопытство на лице считывалось безошибочно.

Брови невольно лезли выше и выше на лоб. Все занятнее и занятнее, загадочнее все и загадочнее. И все больше нервируют все эти непонятки и настолько пристальное к себе внимание. Уля только крепче руки вокруг торса обвила, но пояснять хоть что-то тоже пока не спешила.

— О ваших отношениях Юлька мне как-то сказала, что это уравнение без видимого решения, – доверительно сообщил Андрей. Решил сжалиться, видать.

Уже чуть понятнее – и, честно говоря, сложно с таким восприятием не согласиться. Но брови до сих пор на лбу и пока не спешат возвращаться в привычное положение. Разъяснения тем временем продолжились:

— Мы тогда Ульяну на ваш сольник везли. Такое там тогда творилось! Потопы!