Книга Сломанная кукла, страница 102 – Янка Рам

Мама не прониклась молчаливым суровым Гордеем.

— Мам... - улыбаюсь я, прижимая телефон к плечу. - Мне нравится быть беременной от моего варвара.

Беременности дались мне легко. Я наслаждалась...

— И вообще... Мы хотели ещё девочку. У нас всё хорошо. Правда.

— Он тебя хоть не обижает?

— Кто? - не сразу понимаю я. - Гордей?! Ну ты что, мам...

Даже немного оскорбляюсь за мужа.

Гордей так любит мальчишек...

Суровой тихой любовью. Но так сильно, что мне хочется давать ему ещё и ещё чувствовать это.

— Он тебе помогает? Он же все время в своих командировках.

— Теперь - гораздо реже. У нас много работы здесь, в Центре и питомнике.

— Ну остановитесь хоть после третьего! Будь же разумной. Когда ты будешь жить для себя? То Центр этот, то собаки, то беременность опять...

— Я и живу... - пожимаю плечами.

— Ужас какой-то! Ты так превратишься в утку, и потеряешь всю красоту! А потом он найдет помоложе, а ты останешься с выводком.

— Гордей так никогда не сделает. Он не оставит ни меня, ни мальчиков.

Мама, после развода уехала в Польшу "пожить для себя". Мы все вздохнули с облегчением.

— Если тебе там будет плохо с ним, все продавай и приезжай с детьми ко мне. Я все брошу и стану бабушкой... - вздыхает.

— Матеуш расстроится, - хихикаю я. - Я не могу с ним так поступить! Поэтому придется мне "потерпеть" своего варвара.

Планируем, обязательно приехать к ней в гости ненадолго, как только Гордей станет "выездным", а Дарья Гордеевна достаточно подрастет для путешествий.

— Как Филипп?

Как только мама развелась, внебрачный сын отца перестал раздражать ее.

— Филипп стал совсем серьезным парнем, доучился на юриста и поступил в академию ФСБ.

Дурачится только у нас с детьми. Мне кажется, что брат был всегда у меня... мы очень "родные".

— Ой, не знаю... Отца и нас это счастливыми не сделало.

— Это выбор Фила, мам.

Если бы отец признал его официально, это было бы невозможно. Близкие родственные связи с опальным полковником не позволили бы ему поступить. А так - снова помогли Зольниковы с протекцией. И они же заберут его после выпуска под свое крыло, в управление.

Дети Зольниковых ходят на тренировки по рукопашному бою вместе с нашим Егором.

Мы дружим семьями.

Я неожиданно получила внушительное наследство после смерти Алишера. У меня теперь фонд для жертв насилия и питомник с направлением канистерапии для людей с посттравматическим.

Дел невпроворот...

Но сейчас у нас долгожданные выходные с детьми и папой!

Варг неожиданно щипает зубами меня за бедро.

— Эй! Старый ты пакостник! - ругаю его. - Нельзя так делать. Нельзя. Я же сказала - "сейчас".

Скалится на меня, морща нос.

Делаю ему бесстрашный "бип", одергивая руку от щелчка зубами.

— Ах ты вредный... Кусать кормящую руку?! - тискаю его недовольную морду.

Варг, в прошлый свой побег в тайгу, потерял клык. И мы вставили ему под наркозом стальной. Теперь он выглядит ещё внушительнее, когда скалится.

Гордей и Фил ждут меня на детской площадке, вместе с Матвеем. Ему уже три. А Егору - семь. В сентябре - в школу. Мы поступаем в школу олимпийского резерва. Егор - достигатор, ему это нравится. А Матвей лёгкий как кузнечик и переменчивый как ветерок, он точно не пойдет по стопам брата.

— Что ж вы пса такого без намордника по подъезду водите! - возмущается новая соседка.