Книга Выйду замуж за спасателя, страница 39 – Янка Рам

Ебанутая! — ставлю вердикт.

— Проходите. Ира собирается. Поспасаете её сегодня до вечера, — пытаюсь пошутить я.

— А Вера что.... Ни по дому ничего не хочет делать, ни работать не хочет... - продолжает она монолог.

Упирая руки в бока, разглядывает наш лёгкий бардак после утренних сборов детей.

— Нда..... Такую хозяйку куда не пусти, везде свинарню устроит. Ира! Ну что ж ты нечесанная, — замечает Иринку на лестнице.

Та молча и страдающе взирает с лестницы, держа за ногу вязанного зайца.

— Ты почему не здороваешься? — оскорбляется на девчонку. — Или совсем голову отбила уже и бабушку позабыла.

— Ждравштвуйте, Ирина Мальбертовна.

— К логопеду хоть водит тебя мать?

— Нет. Мне не надо. У меня жубы выраштут, и я не буду шепелявить.

— Ленивица! Неужели сложно ребенка водить. Все равно же не работает... Только алименты сосет.

Внутри меня начинает накалять.

Сжимаю челюсти, запуская внутренний отсчёт до эвакуации этой токсичной бабки. И нет, не потому что я её собираюсь спасать, а потому что, эвакуация переводится с латыни как.... "опорожнение". Вот вообще наш случай!

— Ну что встала-то, как вкопанная?! Надевай куртку, сапоги... До сих пор ребенка самостоятельно одеваться не научила.

Поджав губы, Ира идёт мимо меня.

— Ты хоть завтракала? — пытает её.

— Жавтракала.

— Чем? Бутербродами поди??

— Шупом! — ворчит ядовито Ира. — Ш тештелями!

— Распустилась совсем.... - сетует Мальбертовна.

А может, Иришку на Чужого лучше взять? Тот Чужой будет погуманнее её бабки! — проносится мысль.

Бабка переводит взгляд мне за спину.

Осуждающе цокает.

Поворачиваюсь за её взглядом.

Повисает пауза.

Вера.... Вау какая Вера! Красавица.

Ей, как Царевне-лягушке надо шкурку сжечь! Прячет такую ляпоту в балахонах своих.

Вера расстроенно заламывает пальцы. Лицо в контрастных пятнах.

— Нарядилась она! Лучше бы детям каши с утра сварила.... Будерброды едят, желудки портят.

— Здравствуйте, Ирина Альбертовна, — вздрогнувшим голосом здоровается Вера.

— Здравствуй-здравствуй... Поболеть ты тоже мастерица. Вот... рассказываю твоему мужу, что ты за фрукт.

— А я в курсе, что Вера за фрукт, — решительно притягиваю Веру к себе, пряча в объятиях от оскорблений. — Распробовал. Вам, вижу, не по вкусу был.

Глажу Веру по обнаженным предплечьям, желая поддержать.

Нормальная Вера мама, нехуй тут....

— Не по вкусу.... - ворчливо.

— Тут дело не во фрукте, а во вкусе.

Ощущаю, как колотит в моих руках Веру.

Отпускаю её.

— Я Вас провожу, Ирина Альбертовна.

— Так.... не собралась ещё Ирина-то.

— Придется на улице подождать, — подхватываю вежливо её за локоть. И.... эвакуирую. Пора прекращать этот поток дерьма.

— Что Вы меня тащите?!

Выпроваживаю за дверь.

— У меня в доме есть правило — гости о хозяевах плохо не говорят.

— А я не плохо. Я правду. Чтобы предупредить!

— Это вы на рынок сходите, предупредите там товарок. С удовольствием вас выслушают.

— Не смейте меня оскорблять!

— Отныне и впредь, детей ждёте здесь.

Захлопываю дверь перед ее носом, оставляя за забором.

Делаю глубокий вдох в поисках дзена.

— Малахольный какой-то! — возмущается за забором. — Ему правду говорят, а он человека гонит. Нашел с кем связаться, с Веркою...

От "Верки" меня корежит до зубовного скрежета. Какая она ей "Верка"?!

Вера — скромная и трепетная. Она — Верочка...