Книга М@рковная история, страница 4 – Янка Рам

Он критически оглядывает хаос на кухне.

— Боже мой! — подпрыгиваю я, не понимая, за что хвататься.

— Умывайся, одевайся и спускайся. Я тебя довезу.

Бывает утро добрым! Бывает… — ношусь я по квартире, перепрыгивая через Марковку. — Бывает!!!

Поглядываю на часы. Десятый.

Но команды «свободна» не было.

— Ну что, моя душенька, готово?

Так бездушно говорить «душенька» умеет только Феликс. Седовласый Люцифер из моей рабочей реальности.

— Феликс Се-ли-вер-сто-вич, — медленно выговариваю я, стараясь не перепутать букв, он этого жутко не любит. — Я почти.

— «Почти»… Это как… — он задумчиво обращает очи к потолку. — Это как… вопрошает к тебе, Катерина, тот самый юноша, что привез тебя сегодня утром, после известной процедуры: «Хорошо ли тебе было, душенька?», а ты ему: «Я почти». Понимаете меня? И я несколько обескуражен.

Ууу… старая гадость! — закатываю глаза. — Целый день экзекуирует меня за опоздание сотней всяких скабрезностей.

— Это был таксист! — вру я. — Феликс Се-ли-верт — верс- твови… тьфу!

Вздыхаю, сдаваясь.

— Не пили ли Вы на обеде, Катерина?

— Так не было у меня обеда! — развожу я руками, копируя его слащавую улыбочку. — А то, боюсь, не удержалась бы и с горя бахнула!

— Так, а напомните-ка мне, за что Вы, душенька, хотели сегодня зарплату получить?

— Так пятница.

— И что же? За день недели?

— За дизайн!

— Где дизайн?

— Почти готов!

— «Почти» — это как?…

— Можно, я просто доделаю? — зажмуриваюсь я.

Еще немного его аналогий и без бутылочки разгружающего психику коньячка мне сегодня не обойтись. А для моего внутреннего зверья это как… открыть клетки в зоопарке и включить сирену. Никогда не знаешь, кто растопчет тебя первым — желтобрюхий капуцин или носорог.

Ну вот, ты уже его оборотами заговорила, Катерина! Плохой признак.

— Доделаешь дома. Пришлешь утром в понедельник. У меня на вечер более приятные планы, чем это фригидное «почти!» — натянуто улыбаясь, смотрит он на меня поверх тонких золотых очков. — Не сделаешь до понедельника, отдам заказ Вадику. И зарплату. Свободна.

Отлично! Опять работа на дом. Мой рабочий день растягивается как то самое резиновое изделие номер два до объемов ведра под струей бегущей из крана воды. Как-то в детстве я нашла их у родителей и провела несколько полевых экспериментов. И ведро воды — это не предел! Как и десять рабочих часов в день.

С «почти» я сильно погорячилась! Уж если и пользоваться его аналогией, то это как… «Хорошо ли тебе было, душенька?», а я своему сероглазому — «а что, у нас уже что-то было?»

Тьфу-тьфу…

С моей попыткой номер два именно так и вышло. Может, это карма за мою неудовлетворенность его пятью минутами? Мол, вот тебе, Катерина, долгосрочное удовольствие. Наслаждайся! Не хочешь парня-кролика, наслаждайся работой-гюрзой. И пусть теперь она имеет тебя известным способом. Говорят, у гюрз это может длиться сутки. Какой кошмар!

Неужели нельзя организовать мне середнячок минут в тридцать-сорок? — поднимаю я глаза к небу. — Или с этим вопросом в альтернативную инстанцию? — опускаю взгляд долу.

С ума ты уже сошла, Катерина, от своих сексуальных фантазий!

Опять дождь…

И, естественно, зонт в одиннадцатом часу вечера я нигде по дороге домой не куплю!

Придется побегать пока мокрой кошкой.