Книга Наташа, не реви! Мы всё починим, страница 79 – Янка Рам

— Не думаю.

— Почему?

— Когда, Ромка, женщина болеет, она так своим врачам счастливо не сияет. Даже симпатичным... Поверь, я точно знаю.

— Хм, - чешет он репу.

Убираю фотку в конверт к остальным.

— Один раз, когда мы уже встречались с Лизой, я увидел, как она выходит из дорогой тачки. И ее за талию обнимает какой-то мудило...

— Да ладно, не трынди.

— Да!.. Мало того, она меня потом обманула. Сказав, что была одна в этот момент.

— Значит, она чего-то испугалась. Я знаю свою дочь.

— Да. Так и оказалось в итоге. За меня испугалась.

— Ну вот. А чего ты мне это вдруг рассказал?

— Не знаю. Чего-то навеяло. Но я что хочу сказать, во-первых, мы часто неправильно интерпретируем.

— Кто это - мы?

— "Ревнивые деспоты".

Лиза нас так обзывает.

— Ааа... Ну да.

— А во-вторых, женщину надо "хвалить и гладить", как учит нас мудрейшая Алена Максимовна. Иначе, женщина стрессует и начинает врать, скрывать, избегать.

— Понятно. Лиза тебя подослала, да?

— Ага!..

Разливаю последний коньяк по стаканам.

— Ну, давай, за нас "ревнивых деспотов" и дуй к Лизе. Поздно уже для психоанализа.

Проводив его, ещё раз пересматриваю фотки с наружки.

Мужик типажа ее мужа. Интеллигент, лет тридцати пяти, очечки, вся хуйня...

— Ну, блять, не знаю... Мне так откровенно счастливо она не светила...

Швыряю на подоконник. Иду в холодную постель.

Засыпаю.

"Хвалить и гладить"...

Наташа

Я "на побегушках" у Марины Васильевны. Делаю сразу всё и ничего определенного. Но мне всё нравится, я ощущаю себя причастной к маленьким судьбам.

Это отвлекает меня от своих бед.

Даже сейчас, разбирая по ее просьбе коробку с гуманитарной помощью от какого-то магазина одежды, я кайфую от процесса. Потому что здесь вещички для грудничков.

Наблюдаться у своего гинеколога из коммерческого мед центра, с которым мы лечились, планировали беременность и ЭКО, я, увы, себе позволить больше не могу. И стою на учёте в самой обычной женской консультации. Но я решила сообщить ему, что все получилось, поделиться своей радостью, поблагодарить. Он написал мне совершенно бесплатно целый список рекомендаций и наставлений. Золотой врач...

Пока что - все идёт нормально. И я боюсь дышать, чтобы не спугнуть. Пью витаминки, успокоительное и стараюсь думать только о хорошем. О Саше стараюсь не думать. И очень стараюсь не обижаться на его грубости.

Телефон он не забрал. Но я все равно купила в кредит новый. А его - ношу с собой, все планируя передать через Лизу.

— Наташа, оставь это, сейчас подойдут волонтеры. Помоги мне с личными делами, пожалуйста.

Иду за ней в кабинет.

— Вот... - кладет несколько папок. - Эти семьи в нашем районе остались без куратора, она уволилась... Нужно посмотреть, у кого какая нагрузка, и раскидать их тем, кто может взять.

Перебираю папки. Семья Редько... Федор... Семён...

В груди ёкает. Рассматриваю фото близнецов. Узнаю мальчика на фото. Хоть он и младше на нем.

— Марина Васильевна, Вы говорили, что мне одну семью стоит взять...

— А... да.

— Можно, я Редько возьму?

— Возьми... Редько... Редько... - пытается припомнить она. - Это которые живут с бабкой?

— Да, - читаю бумаги.

— Родители лишены родительских прав. Мать сидит. Отец лет десять назад потерялся. Постоянно поднимаю вопрос о том, чтобы поместить их в интернат, но соцработники не додавливают. К ним бы с проверкой... Очень уж ненадёжная дама у меня по ним последние годы работала. Отписки формальные. Ну и докрутить с интернатом не помешает.