Онлайн книга «Сбежать от Питбуля»
|
— Сожми его. Кисть сжимает головку через ткань. Космически остро! Со стоном вбиваюсь затылком в подголовник. — Шампанское сильно перегрето! — предупреждаю я. — Ты белены объелся, Дан? — шепчет мне в губы Ася. — Да. То есть… Нет. Что-то там было в этом тонике. Я даже догадываюсь что. Вот, стерва! Думала сорвать мне башню? Да вот хрен. Я лучше рукоприкладством пар спущу, чем в тебя залезу. Причём, желательно, прикладывать мягкую ладошку моего кролика. Или всего кролика целиком. Расстегиваю ширинку, вынуждая её засунуть руку внутрь. — Дан!.. Стук в окно. Синичка взвизгивает. Сжимаю её крепче. — Сидеть! — Здесь нельзя парковаться, — приглушенно слышу за закрытым окном. Иди нахрен, а! Не глядя, разворачиваю свои корочки, прижимая к стеклу. Сжимая её руку на себе, двигаю вниз. "Выстрел в воздух" снесёт крышу моей тачки, не меньше. И меня это точно не удовлетворит. — Дан, мы в центре города, — шепчет мне на ухо Синичка. — Мы не можем развлекаться при всех с твоим "шампанским". — Ещё как можем! — Нас увидят! — Пусть завидуют… — дёргаю её руку вверх. — Что у меня самая… — задыхаюсь, — вкусная… зайка! Фак! Ещё-ещё… Ася. Касьянов гипнотизёр, не иначе! Других объяснений почему я делаю то, что считаю недопустимым не найти. Но делаю! И мало того, голова моя кружится от каждого его стона, сдавленного шёпота, движений навстречу моим ласкам. Он выключает тумблер отвечающий за любые приличия. Ловлю его неровное дыхание, шокированно понимая, что останавливаться я не хочу. Мне нравится извлекать из него эти эмоции. И вот я, позорница, уже не помню про печать, и про центр города, и про то, что это вообще-то скорее пошленько, чем романтично, творить с ним эдакое. Но мои трусики насквозь… Его светлые остекленевшие от удовольствия глаза отключают всё, кроме самого момента. Он смещает мою ладонь на головку, и глаза его на мгновение закрываются, тело передёргивает. Горячо, скользко… В порыве вжимаюсь в его губы. Его язык агрессивно проникает в мой рот. Рука сжимает меня между бёдер. В нос бьёт знакомый запах. Сжимая мои волосы на затылке, впивается в шею, пониже мочки. И резко втягивая воздух, меня тоже передёргивает от волны острого удовольствия. Черт-черт-черт… Начинаю приходить в себя. И сразу же тумблер мой щёлкает обратно. И печать на месте! И центр города! И это всё крайне непристойно! Волоски на загривке становятся дыбом. Не нахожу ничего более надёжного, чем спрятаться от его взгляда за поцелуем. Решительно закрыв глаза, прижимаюсь к губам. Удерживая меня за лицо, он урча как довольный кот съедает мои губы. Синичкина, отпусти его член, в конце концов! Но что делать с выпачканной рукой?! Помогите. Я чувствую, как он в моей руке снова наливается. — Богдан… — сглатываю я, зачем-то сжимая крепче. — Холостой выстрел проблемы не решит. Я хочу в тебя! Машина слегка вздрагивает. Мы поворачиваем головы в лобовое. Марина! Пинает ещё раз рассерженно по колесу. — Ты совсем уже, Касьянов? О, Бо-о-оже-е-е! Я обливаюсь кипятком от стыда, не зная, куда деться с его колен. Она что — видела?? Касьянов, игнорируя вытирает мою руку влажной салфеткой. Замерев, боюсь дышать. Стыдно, капец! Гладит мои пальцы. — А поехали, тебе колечко купим? — Чего? — Колечко… — А? — открываю рот. — Ты так сладенько их не распахивай, — качает головой, поглаживая мои губы. |