Книга Сложный пациент, страница 73 – Янка Рам

— Документы. Иначе, я найду что ещё здесь в кредит.

Причитая и плача без слез, обвиняя меня, Ирина несёт папку.

Документы забираю. Перед ней кладу бумаги, подготовленные юристом.

— Подпись здесь, здесь, здесь и здесь.

— Что это?

— Ты отдаешь квартиру Артёму.

— Я не буду ничего подписывать!

— Знаешь, откуда деньги на той карте, с которой ты их сняла?

— Н-нет... - испуганно.

— Это деньги одного серьезного человека. Беспринципного, жадного убийцы. Их ищут. И я вот так... - щелкаю пальцами, - Выведу этих людей на тебя. Ты должна будешь им не десять. А десять с процентами, набежавшими за эти годы. Ты даже если все свои органы продашь, не расплатишься. А я заберу только хату, для нашего сына. Так и быть... И то, только потому, что наш сын попросил тебя не обижать. Если бы не эта просьба, я клянусь, что обидел бы. Больно-больно. Страшно-страшно. Потому что я человек не великодушный. Рискнешь не подписать?

Мечется, заламывая руки.

Но я не вижу перед глазами женщину, я вижу сломанные обшарпанные качели, дырявые унылые веранды, грязь, решетку, ещё вижу, как Артем обиженно выговаривал мне за всю хуйню, что случалась с ним в детстве.

Вот так бы о сыне металась, когда трахаться в Дубаи ездила!

Какая-то сраная квартира и столько рыданий!

Потеряв терпение, поднимаюсь на ноги, схватив за шею сзади, силой усаживаю за стол. Нагибаю над бумагами.

— Быстро!

— У меня больше ничего нет, - начинают капать слезы на листы.

— Ну-ну... У тебя есть прекрасные воспоминания! О Дубае. Этого у тебя никто не отнимает.

Пихаю под локоть.

Подписывает.

— Завтра это будет у нотариуса. Попробуешь оспорить, познакомишься с хозяином бабла. Сына не ищи. Он теперь мой.

Ухожу в комнату Артема.

— Так. Сумку давай. И собери туда вещи личные, которые он любит.

— Откуда я знаю?!

— Реально... - теряю я терпение. - Сейчас сюда зайдет рота и соберёт здесь в сумки полквартиры, чтобы он выбрал! Остальное поедет на свалку. Давай-ка лучше сама.

Она, рыдая, собирает сумку.

Звоню Сэму, прошу дать трубку Артёму.

Ухожу на кухню.

— Чо надо? - недовольно бурчит тот.

— Артем, а тебя... дядь Коля этот бил?

Молчит в трубку.

— Да ладно... - растеряно. - Не трогай его. Не так уж сильно и... Я уже взрослый был. Мог сдачи дать. Мать больше бил.

Скидываю.

Вырываю у нее собранную сумку.

Открывая дверь, сталкиваюсь взглядами с этим Колей. Он докуривает сигарету.

Ну раз не сильно...

С чувством даю ему чудодейственного леща. Сигарета как пуля вылетает изо рта. Сам Коля летит лбом в щиток. Запинается об банку с бычками. Хватаясь за стену, едва ловить равновесие.

В полном шоке, в поисках ответа на незаданные вопросы, он переводит взгляд с меня на заплаканную Ирину и обратно.

Молча ухожу.

Ну, вот, я же обещал младшему не прессовать. Всё миром...

От Орков сообщение в чате наружки.

— У Шаховой гость. Крамор. Нам вмешаться?

Да. Разъебите его там! - хочется ревниво напылить мне.

— Ни в коем случае. Пусть беседуют.

Ты ж меня уже любишь и ни за что не подставишь, Марго, правда?

Но сижу в тачке, как на иглах, не в силах сдвинуться с места.

Через некоторое время из ступора выводит звонок.

Марго...

А он там. Мои не отписались, что ушел.

— Да.

— Дан, привет...

— Ага... - сглатываю ком в горле.

— Я просто... хотела сказать... Люблю тебя.