Онлайн книга «Брак с гарантией»
|
— Мхм... да... ааа... — глубоко целует меня в губы. — Не открывай глаза, детка... Сжимает поверх мою кисть. Ахнув, выдергиваю руку, распахивая глаза. Идионина, ну, ты совсем уже?! Перехватывает мои бесстыже мокрые пальцы. Скользит по ним своим, опьяневше разглядывая процесс. Мой протест от смущения и мысль все остановить снова гаснут в "шестом". Или это уже какой по счету?! Все... я не соображаю. — Как ты трогаешь себя, покажи... — шепчет мне в распахнутый рот. — Мм... я... нет... ну... в смысле... это же не обязательно все делают? — Обязательно... это еще один секрет. Обязательно трогают... Его голос так низко звучит, что просаживается на хрип. — Нет-нет... — Да-да-да... — Я не делаю... — Сейчас исправим это недоразумение. Проезжаясь по моему бедру, прикасается. Вскрикнув от ощущений, прячу лицо у него на плече. Вздрогнув, распахиваю рот, ловя кислород. Не понимаю, нравится ли мне! Просто долбит сердце. И ужасно смущающе. — Поцелуй меня... — гладит губами мою мочку. Ловлю тёплые влажные губы своими. — Да... да... да... — шепчет мне, входя в меня пальцами. Вскрикнув от шока, распахиваю широко глаза. В них ослепляющие звезды. — Сними... — хрипит он, вцепляясь зубами в ткань, хищно дернув из стороны в сторону, словно она бесит его. Что ты делаешь, Ирина Алексеевна? — вопрошаю я, наблюдая словно со стороны, как мои руки стягивают через голову одежду. С наслаждением впивается в ноющую грудь, пальцы внутри меня вибрируют. Выгибаясь, судорожно сжимаюсь, чувствуя оглушающую волну оргазма. Это он! Откуда бы мне знать? Но я знаю точно. Боже... — Да! Его пальцы исчезают. Пьяным неадекватным взглядом ловлю в фокус, как он рвёт зубами квадратик фольги. Еще не придя в себя, с ужасом опускаю взгляд по его телу ниже. — Ччч... — за подбородок ловит меня пальцами, поднимая вверх. — В глаза смотреть! — Мм... — жалобно прикусываю губу, сводя брови. Я слышу, как он его надевает. И ничего не вижу, кроме его глаз. И ничего не могу сделать. — Вот так, малыш... — управляя моим телом, вжимается болезненно в меня снизу. — Давай... сядь сама... — задыхаясь просит он. Стискивая, давит на талию. Нетерпеливо и болезненно стонет мне в шею. Укус! Ахнув, отвлекаюсь от пугающего ощущения, вздрагивая в его руках. Замираю от того, как сильно я растянута снизу. Я таю, забывая о дискомфорте от того, что я "сладкая"... "горячая"... "вкусная"... "нежная"... "мокренькая"... и еще множества уговаривающих эпитетов мне в ушко. И это расслабляет-расслабляет-расслабляет... не позволяя телу противиться. — Давай, детка... пожалуйста... — стонет он. Господи, чего ему надо! Пусть сам все возьмёт! С рычанием переворачивает нас, раздавливая меня своим телом. Рывок... рывок... рывок... От мурашек я уже не чувствую ничего, кроме грохота в ушах и того, как сжимается на каждый рывок сладкой судорогой между бёдер. Стоны... шлепки тел... крупная дрожь по его спине... Кусаю его в основание шеи, гася свои стоны. Мама-мамочка... И меня снова дугой выгибает навстречу его мощному телу. Расслабляется на мне... медленно скользя пальцем по бедру. Губы едва ощутимо ласково целуют мою кожу. Он такой тяжелый... это, оказывается, так... хорошо. Со стоном медленно сползает вниз, ложась щекой на мой живот. Слишком близко к угрозам поцелуев там. Но я сейчас даже активно думать не могу, не то что сопротивляться. |