Книга Убийство в издательстве, страница 55 – Анна Дельвиг

Чиркнул зажигалкой и, не понимая, дрожит это пламя или его руки, поджег пластик. Вытянул руку с ручкой вверх, будто бы нес олимпийский огонь, перемещая горелое поближе к датчику дыма («Меня уволят, меня уволят, меня точно уволят»).

Кругляш датчика всосал в себя дым и изменил мигающий зеленый сигнал на постоянно горящий красный.

Костя сунул ручку в банку с газировкой, утопив ее там полностью, и нырнул за дверь.

Сердце нещадно колотилось.

«Ну просто герой боевика, – раздался сладкий голос в ушах. – Мой герой».

Почти зажмурившись, прошаркал по коридору мимо кулера.

Словно подкосившись, облокотился на стол и качнулся сесть на свое место, выкладывая зажигалку на Лерин стол.

— Спасибо.

И понял, что ничего не изменилось: все тот же офисный шорох и гул, стук клавиатур.

Никакого сигнала о бедствии.

— Ты чет быстро, – отметила Лера, забирая зажигалку.

— Говорю же: я бросаю, – пробормотал Костя, не узнавая свой голос.

Не сработало? Придется повторить?

Страх, вынужденность действия, необходимость скрываться, страх.

Краем глаза заметил, как Алина, которую отлично было видно с этого ракурса, склоняется над телефоном.

«Ты всегда права, – услышал Костя знакомый голос. – Во всем. Так что не бери в голову. Они не могут знать лучше тебя».

Моргнув, еще раз посмотрел на Алю.

Возле ее стола сидела Лиза.

— Ты правильно делаешь, что молчишь, – сказала она и протянула руку к Але.

Костя замер. Алина откинулась на стуле, глядя в пустоту. Лиза исчезла.

Голова у Кости закружилась, да так сильно, что он едва усидел на месте.

«Или я слишком стар, или у дара есть побочка».

— Запрет продаж поставлен, – сообщила Женя, подходя к стажеру.

И в этот момент противопожарная система наконец включилась.

— Вот уж не знала, что вместе с запретом продаж можно еще и огонь включить, – фыркнула Лера, вставая с места. – В 6С и такой функционал подвезли?

Но Костя не услышал шутки: он выскочил в коридор и спрятался в уборной (и зачем-то зажмурился).

Выждав (наверное, целую вечность), пока шаги в коридоре стихнут и останется лишь вопль сирены, прозаик выскользнул в коридор и двинулся в сторону кабинета директора, озираясь по сторонам.

Дверь в кабинет была приоткрыта.

Костя осторожно потянул за ручку и заглянул внутрь: пусто.

Юркнул в кабинет, притворил дверь, прислонился к ней спиной, отдышался. Затем мягко, точно кошка (кот Параграф на деле носится по квартире как стадо слонопотамов, с ним нет смысла сравниваться), подошел к столу и за краешек вытянул заветные бумаги.

«Спасибо за подсказки!

Ул. Воровского, 156».

Сфотографировал на телефон, вздрогнув от звука камеры, засунул на место дрожащими пальцами («Не хотело засовываться, помялось, надеюсь, не заметит»). Окинул взглядом книжный шкаф: из ряда главных новинок издательства выбивался фолиант в потрепанном переплете. Оглянувшись на выход, потянул переплет на себя – черт, он чуть не оторвался! – и, выудив книгу, обнаружил, что на обложке нет никаких надписей.

Внутри листы оказались такими же девственно чистыми, за исключением первой страницы.

На ней было выведено следующее:

«ἐσχατιά

кто? Выяснить. Шагнуть в лабиринт».

Сфотографировать. Вернуть на место.

Два широких шага назад и оказаться за дверью.

Ссутулить плечи. Выдохнуть.

* * *

— Первый, я на позиции. Вижу вдову, входит в кофейню.