Книга Винсент Иванович, страница 125 – Алим Тыналин, Денис Нижегородцев

Я узнал их не сразу, они изменились с тех пор, как я видел их в первый раз. Прошло несколько месяцев, я тоже изменился. Новая стрижка у одного, кожаная куртка у другого. Только третьей — девушки-оторвы — рядом в этот раз не было.

Главный, тот, который ходил с едва проклюнувшимися усами, теперь оформившимися в бороду — я узнал его сразу. Итальянские оборванцы, которых я встретил почти сразу после того, как поселился в этом теле.

Что они здесь делали? Выросли и стали опаснее.

Другая девушка стояла спиной к стене, между двумя мусорными баками. Небольшая сумка у ног, явно выбитая из рук. Держалась прямо, но явно не выдержала бы так долго.

— Эй, — сказал я.

Они обернулись.

Я не торопился. Прошел до середины переулка и остановился.

— Помнишь меня, — сказал я главному.

Тот смотрел внимательно. Сначала было просто раздражение от появления чужака. Потом он насторожился. Узнал.

— Ты… — протянул он негромко. — Какого черта ты здесь делаешь?

— Правильно, — сказал я. — Я. А у тебя хорошая память. И ты знаешь что будет, если вы не угомонитесь.

Его приятель посмотрел на усатого с горечью во взгляде.

Дальше все заняло, наверное, секунд десять, не больше. Первый попытался что-то сказать в ответ, я не дал. Шаг, захват за куртку, бросок о стену, не жестко, но достаточно, чтобы он понял серьезность момента. Второй дернулся было, но я ударил его локтем с разворота. И мусорный бак принял его с металлическим звоном.

— Все нормально? — спросил я, обернувшись к девушке.

Она смотрела на меня с выражением человека, который еще не решил, что именно происходит и как к этому относиться.

— В целом, да, — ответила она по-русски.

Я удивился. Потом вспомнил, где нахожусь.

— Ничего не взяли? — спросил я тоже по-русски. На автомате, не думая.

Теперь удивилась она. Посмотрела на меня с новым выражением жадного любопытства.

— Нет, — сказала она. — Успели только сумку бросить.

Подняла сумку, застегнула и отряхнула.

Она была лет двадцати пяти, невысокая, с темными прямыми волосами и скулами, которые выдавали ее восточное происхождение. Джинсовая куртка, немного потертая. Глаза темные, спокойные, максимально не похожие на Анджелу.

— Ты итальянец? — спросила она, оглядев меня.

— Наполовину.

— А кто еще?

— Ирландец.

Она подумала секунду.

— Странная смесь.

— Я и сам удивляюсь, — сказал я.

В переулке за моей спиной переминались с ноги на ногу двое. Я обернулся. Они уже успели подняться и оценить понесенный ущерб.

Главный вытер лицо и, держась за пострадавший затылок, смотрел на меня без агрессии, но с тем особым выражением, которое я успел увидеть у многих за последние недели: смесь осторожности, нахальства и готовности к торгу.

— Хватит заниматься всяким дерьмом, — сказал я. — Для вас есть работа. Несложная. Но неплохо оплачиваемая. — Я помолчал. — Если не нравится, можем поговорить по-другому.

Они переглянулись. Главный смотрел на меня еще секунду. Потом спросил:

— Что за работа?

— Поговорим отдельно, — сказал я. — Не здесь.

Он недолго думал:

— Ладно.

— Завтра. Угол Тремонт и Уилис. В полдень.

Он кивнул. Товарищ за его спиной стоял с открытыми ртами. Затем эти двое осторожно отошли, стараясь не шуметь.

Я повернулся обратно.

Девушка стояла и смотрела на меня с любопытством.

— Ты их нанял? — спросила она.