Книга Винсент Иванович, страница 118 – Алим Тыналин, Денис Нижегородцев

— Зачем они тебе сдались? — удивился Константинос.

— Есть непыльная работенка, — ответил я загадочно, — за которую расплачусь будущими гонорарами с боев.

Константинос сощурился:

— Ты уверен? Эти ребята не из тех, кто просто так согласится.

— Сказал же, заплачу, — повторил я. — И они сделают то, что нужно.

Грек кивнул:

— Ладно. Я свяжу вас. Но помни: если что, я тебя не видел.

— Договор, — мы пожали руки.

А в голове уже складывался план. Я не пойду один. Пусть Феррара думают, что я одинок, безоружен и беззащитен. Но у меня свои козыри.

В назначенный день и час я пришел в «Дон Страпон» с бойцами из клуба Константиноса. Все как на подбор выглядели устрашающе: кто в татуировках, кто со сломанным носом, у кого-то шрамы и синяки в поллица, напоминающие карту мира с очертаниями материков и океанов. Но так мне и надо! Именно такая группа поддержки только и может произвести впечатление на боссов мафии.

— Что надо делать? — заинтересованно спросил мой сопровождающий, здоровяк с перебитым носом, заклеенным крест-накрест пластырем.

— Задача одна, — разъяснил я: — произвести впечатление на Феррара. И очень желательно сделать так, чтобы при этом меня не убили.

У клуба уже выстроилась вереница машин. Ярко-красная «Феррари» любителя острых ощущений дона Витторио, но не только. Вся семья Феррара была здесь. Что-то сейчас будет! Ведь мы собирались закончить стрелку, которая в прошлый раз прервалась по… вполне зависящей от меня причине!

— Будь осторожен, — шепнул один из вышибал «Страпона», знакомый мне по новой банде.

— За собой последи! — бросил я в ответ.

На входе — обыск солдатами Феррара. Но я заранее попросил, чтобы ребята из клуба Константиноса не брали с собой или, как минимум, хорошо спрятали и не светили оружием.

— Дальше ты пойдешь один, — тем не менее заявил вышибала.

— Нет, — столь же спокойно ответил я. — Про то, что я не могу прийти в клуб с друзьями, уговора не было.

Охрана теряла терпение. Но доводить процедуру фейсконтроля до драки распоряжения тоже не поступало.

— Боссы распорядились не пускать внутрь никого из Пистолоцци, кроме тебя, — вздыхая, пояснил один из шкафообразных «вахтеров». Других тут не держали.

— Все так, — кивнул я. — Здесь больше нет ни одного человека Пистолоцци.

Вышибалы переводили взгляды с меня на моих спутников. И потом обратно. А я, довольный произведенным эффектом, добавил:

— Если Лука, — разумеется, за всем стоял даже не дон Витторио, а Лука Сантини, — не верит, пусть спустится и сам посмотрит.

Чемпионы из клуба Константиноса стояли и ухмылялись. Пуэрториканец последовательно хрустнул костяшками всех пальцев. А бешеный нокаутер из Чикаго так смачно харкнул на асфальт, что там немедленно образовалась лужа.

Проверяющие еще минут десять что‑то выясняли. Пока я стоял с абсолютно неколебимым выражением лица. Вдобавок заметил в окне на втором этаже чуть отодвинутую шторку. Из‑за нее на меня наверняка поглядывали и дон Витторио Феррара, и Лука Сантини.

Наконец я услышал:

— Ок, пусть проходят внутрь, — то есть все. Я и накачанные ребята за моей спиной.

Это была маленькая, но победа.

Внутри же нас встретила атмосфера общего страха и предчувствия скоропостижной смерти. Это казалось верным как минимум для части из нас.

Возле барной стойки, освещенной холодным неоновым светом и на мягких кожаных диванах в полутьме вокруг — туча людей. Вся иерархическая пирамида семьи Феррара во главе с доном Витторио и его неизменной правой рукой, Лукой Сантини. Боссы о чем‑то шушукались, глядя на меня. Посмеивались, видя мою «слабость»?