Книга Не отступать и не сдаваться. Том 4, страница 113 – Алим Тыналин

Да и боли к тому времени отступили. Поэтому я беспечно отмахнулся и сказал, что в лекарстве нет надобности.

И вот теперь оказалось, что надобность имеется, причем чертовски сильная. Сначала у меня просто заболел живот, но вполне терпимо и я думал, что это вскоре пройдет.

А потом желудок скрутило с такой болью, будто там поселился инопланетянин из американского триллера. И сейчас он выгрызал мне желудок и все внутренности под корень. И судя по всему, не собирался останавливаться.

Я остановился недалеко от ворот, упал на колени. Наклонился вниз к бетонному покрытию. Захрипел, думал, что сейчас исторгну кишки наружу. Боже, как больно.

Через полминуты боль отпустила, но все равно осталась. Я поднялся, заметил, что рядом остановилась машина, оттуда выглядывали двое, пожилой мужчина и женщина, почтенная немецкая пара. Включенные фары освещали дорогу.

Опустив боковое окно, они что-то встревоженно спросили у меня. Ясен пень, интересуются, не нужна ли помощь. Я к тому времени уже чувствовал себя получше, поэтому покачал головой, улыбнулся и поднялся. Затем медленно пошел обратно в Олимпийскую деревню.

Все, пробежка на сегодня закончена. Хер его знает, может и бой придется отложить. Если во время поединка неведомый зверь опять начнет грызть мои кишки и Гарбей саданет по корпусу со всей дури, мне кранты. Нокаут гарантирован, а может и еще чего похлеще.

Хотя могу ли я отложить бой по этой причине, неизвестно. Неизвестно в том плане, что я никогда не прощу себе этого. Иметь возможность получить золотую медаль Олимпиады, быть в двух шагах, нет, в одном шаге от нее, и добровольно отказаться? Да я потом места себе не найду от сожаления.

Да и дух Касдаманова наверняка никогда не простит меня. Будет являться по ночам и мучить, всю мою оставшуюся жизнь. Старик никогда бы не допустил такого. По его мнению, даже если ты разваливаешься на части, все равно должен выйти на ринг. Нельзя сдаваться без боя.

Я попробовал побежать обратно. Желудок бултыхался внутри меня, как пустой бурдюк с вином. Я пробежал пару шагов и почувствовал, что боль снова усилилась. Вот ведь зараза, чтобы вас всех черти разорвали!

Я с проклятьем замедлил шаг и вошел обратно на территорию Олимпийской деревни. Сонный охранник в униформе и плаще приветствовал меня. Когда я выбегал, его нигде не было видно.

Я прошел мимо и срезал дорогу к своему коттеджу через парк. Пошел медленно, прислушиваясь к ощущениям в теле. Вот идешь вот так, спокойно и вроде бы боль отступает.

А стоит ускорить шаг, как сразу возвращается. Что за напасть такая?

Я прошел мимо домиков, стоящих ближе к забору и услышал крики. Мужские крики. Остановился, покрутил головой во все стороны. Что за чертовщина творится?

Сначала вроде все утихло. Но потом, стоило мне двинуться дальше, как крики снова раздались. Они доносятся из коттеджа неподалеку. Я двинулся было туда и тут услышал выстрелы.

Опа, вот это уже другое дело. Это все меняет. Я остановился и немедленно побежал в сторону. Укрылся за стволом дерева и поглядел в сторону крайнего коттеджа. Шум и выстрелы доносились именно оттуда. А еще я услышал звон стекла.

Что за дичь тут творится? Я вспомнил недавних спортсменов, перелазавших через забор. Они кажется, бежали именно сюда, к этому домику. Это что же получается, именно они и устроили весь этот бедлам.