Книга Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2, страница 263 – Алим Тыналин

Как только рефери дал сигнал к продолжению боя, Тополев снова бросился на меня. Ну, давай, иди к папочке. У меня для тебя приготовлен отличный подарок.

Когда противник подскочил и пробил джеб, я уклонился и встретил его перекрестным ударом. Левый кросс. Зазвездил прямо в лицо. В правую щеку.

Тополев не ожидал, что я огрызнусь. Не теряя времени, я ударил правой. Тоже джеб. Тоже в голову.

Одновременно развернул левое плечо назад. Чуть согнул ноги, чтобы добиться эффекта пружины. И левый хук в голову противника. Как в старые добрые времена, до моей трагедии.

Вышло очень даже прилично. Тополев поплыл, присел вдруг на колено и чуть не упал мордой об настил.

Рефери оттолкнул меня, подумав, что я продолжу атаку. Но я не собирался этого делать. В голове как будто прорвало лавину.

Я вспомнил наставления Егора Дмитриевича. Которые он часами вдалбливал в меня. Все эти монотонные наборы слов, странные и иногда пафосно смешные, вдруг обрели иной смысл. Живой и осознанный.

«Не падай духом, когда потерпел неудачу. Не плачь, не жалуйся. Наоборот, приветствуй ее. Поражение сделало тебя сильнее. Каждый час, проведенный в зале, каждое лишнее движение, каждый удар, который ты нанес на тренировке, превозмогая себя — все это не проходит даром. Тяжело в учении, легко в бою. Выкладывайся в зале на двести процентов, даже потерпев поражение. Не сдавайся. Рано или поздно ты увидишь, что это приносит плоды», — вот что говорил Касдаманов. — «Никогда не позволяй поражению встать на твоем пути. Стань наконец тем, кем ты всегда хотел стать».

— Витя, уйди в угол! — закричал Худяков, рефери тоже приказал мне отойти.

Я послушался и отошел назад. Рефери начал отсчет, но поздно. Тополев уже очухался. Поднялся с настила и крикнул, что готов продолжать бой.

Рефери снова позвал нас к центру ринга. Я посмотрел в глаза Тополеву и увидел, что он больше не улыбается. Шутки кончились, пошла серьезная игра.

— Бокс, — скомандовал рефери и махнул рукой.

Мы бросились друг на друга и тут звякнул гонг. Конец первого раунда. По очкам он заслуженно остался за Тополевым.

Мы разошлись по своим углам, хотя я видел, что противник не на шутку разозлился. Он был готов драться даже после сигнала.

Отлично, это хорошие новости. Тополев вышел из себя. Это повлияет на его реакцию и систему принятия решений.

Когда я сел на стульчик, тут же рядом оказался Худяков.

— Ну, как ты? — спросил тренер. — Я правильно понял, что ты не хочешь сдаваться? Или остановить бой?

Я непреклонно посмотрел на него и Худяков все понял.

— Ладно, хорошо, — согласился он. — Будем стоять до конца. Ни шагу назад.

Он говорил что-то еще, но я не слушал. В голове будто снова щелкнул переключатель.

«Первым сдается дух и только потом тело. Имей непокорные мысли. Не поддавайся пораженческому настрою. Сцепи зубы и иди дальше. Сквозь туманы и невзгоды, сквозь козни врагов и свою лень. Главное — это твои мысли. Если они в порядке, твое тело подчинится. Ты возьмешь любые препятствия. Если ты будешь страстно настроен на цель, если посвятишь себя всего ей, то ты обречен на победу».

Я повторял мысленно слова, звучащие в голове. Кажется, шевелил губами.

— Эй, ты меня слышишь? — спросил Худяков и щелкнул пальцами перед моим носом. — Я говорю, работай на средней дистанции. Попробуй тихонько ближнюю. Хотя он одинаково хорош на всех расстояниях.