Книга Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2, страница 123 – Алим Тыналин

— В два часа ночи пойдем, — сказал он.

Отлично, у меня как раз хватит времени чтобы раскидать свои дела. Я так и сказал Танкисту. Он снова вздохнул, видя, что ему меня не переубедить. Ну да, я издавна славился своим упрямством среди друзей. Даже Самосвал не мог сдвинуть меня с места.

— Ну ладно, тогда до встречи, — уныло сказал он, развернулся и ушел.

Я задумчиво поглядел ему вслед, а потом тоже вошел к себе в подъезд. Поднялся на свой этаж и вошел в квартиру.

Родителей дома не было. Уехали на день рождения к кому-то из подруг матери. Обычно после таких праздников они уходили в загул на несколько дней. Ну и ладно, без них даже лучше. Бабушка уже спала. Светка ужинала. Она кушала борщ.

— О, привет, — сказала она. — Старший братец, бродяга. Я тоже вернулась недавно. У Ксюхи сидела. Ее папа ездил в командировку в Прагу и привез оттуда подарок. Набор цветных фломастеров, там знаешь сколько цветов? Целых двадцать, представляешь?!

— А у тебя разве нет таких? — спросил я, совсем позабыв, в каком времени нахожусь.

Сестренка замотала головой.

— Какой там. У меня только семь цветов. И они уже высохли почти. Витя-я-я! Я тоже хочу такие!

Я потрепал ее по голове.

— Постараюсь найти где-нибудь. Неужто во всей Москве нет фломастеров из Чехословакии?

Я тоже перекусил борщом и заглянул в комнату бабушки. Она спала и не слышала, как я пришел. Старушка умаялась за день, потому что не могла уснуть. Переживала, как я буду выступать с больной рукой.

— Мне сейчас надо идти на тренировку, — сказал я Светке. — Скажи бабушке, что моя рука в порядке. Мне наложили гипс. Через неделю заживет.

— Опять ты уходишь, — захныкала сестренка. — Почему ты вечно оставляешь нас одних?

— Так надо, Света, — терпеливо сказал я. — Так надо.

Я переоделся, хотя это и было трудно с загипсованной рукой. В кармане старых спортивных штанов, лежащих на одной из полок шкафа, в дальнем углу, заваленном моей одеждой, я нашел самодельный кастет. Я когда-то сделал его из свинца. Отлил тайком в школьной мастерской вместе с друзьями, под пальцы в форму вложил расточенные изнутри гайки. Получилось неплохо.

Чувствовал, что этой ночью оружие может пригодиться. Хватит уже своими кистями рисковать.

После этого поцеловал Светку и спящую бабушку и отправился к Касдаманову. Если не навестить старика, он обидится.

Через час я вошел в знакомый дом. Приехал на автобусе, как нормальный человек, а не прибежал, как сумасшедший марафонец.

Старик сидел на кухне не один, пил чай с незнакомым парнем. Спортивный и бородатый. Костяшки на руках сбиты, как у каратиста. Возле стены стояли два рюкзака, наполненные всякой всячиной.

— Вот, смотри, это еще один самородок, — сказал он мне. — Паша. Приехал с Урала. Хочет заниматься боксом. Представляешь, по деревьям и камням лупил голыми кулаками. Ну, что за фанатик?

А поскольку фанатики ему нравились, Касдаманов одобрительно смотрел на Пашу. Затем потемнел.

— Ну, чего расселся, уралец? Пойдем, покажешь, что умеешь.

Парень встал и оказался выше меня ростом. Пожалуй, он мог претендовать на тяжелую весовую категорию.

— Ну дык, отчего же нет, Егор Дмитриевич? Я завсегда готов.

Старик покосился на мою руку.

— Ну, как болячка? Зажила?

Я потрогал гипс. Рука внутри нестерпимо чесалась.