Книга Не отступать и не сдаваться, страница 128 – Алим Тыналин

Эффект превзошел все ожидания. В черепе Самосвала хрустнула какая-то кость, он отлетел назад и грохнулся на шкаф. Обрушил его и повалился на пол в облаке обломков. Так и остался лежать, не шевелясь.

Женщина в кресле сидела, обхватив голову руками. Я так и не видел ее лица.

— Эй, Боксер, ты чё творишь? — закричал Танкист и двинулся было ко мне.

Я обернулся к нему и выставил кулак с кастетом вперед.

— Не подходи ко мне. Эта гнида давно нарывалась. Я ему давно хотел врезать.

Танкист не стал рисковать. Обошел меня, пробормотав: «Ну ты в натуре поехавший!» Подошел к Самосвалу, похлопал по щекам. Нет, тот был в глубокой отключке.

— Что происходит? — в комнату ворвался Тархун. В руках пачка денег, ожерелья и браслеты. — Чего это с ним?

Я подошел к нему и приложил кулаком с кастетом в грудь. Несильно, но больно. Тархун парень тощий и хилый, ему одного раза хватит. Так и есть, приятель загнулся и выронил награбленное. Я схватил его за шею и толкнул к Танкисту и Самосвалу.

— Забирайте этого мудилу и выносите на улицу. Быстро!

Танкист удивленно спросил:

— Ты чего, Витя? Совсем погнал, что ли?

Я подошел к нему, тяжело дыша. Кажется, с ним тоже придется махаться.

— Я говорил этому мудаку, что завязал уже с этим? Говорил! А он не хотел от меня отстать. Старался обратно затащить, да еще и под себя подогнуть. А мне это на хрен не нужно, как вы понять не можете? Вот пусть и подумает теперь хорошенько!

— Так тебя же Петрик схавает, — продолжал возражать Танкист. — Он так просто это не оставит.

Я кивнул на Самосвала.

— Поднимайте этого мудака, я говорю. Сваливайте отсюда. А с Петриком я сам разберусь. Это мои заботы.

Танкист и Тархун подняли безвольную тушу Сереги и потащили к выходу. Я сказал хозяйке, так и сидевшей на кресле с вытаращенными от ужаса глазами:

— Извините за беспокойство. Надеюсь, это больше не повторится. Но чтобы избежать неприятностей, не советую вам обращаться в милицию.

Дамочка испуганно кивнула. Ну что же, возможно, у нее хватит ума не обращаться в органы. Иначе у нас будут большие неприятности. Особенно у меня. Прощай тогда, чемпионат. Меня разом вычеркнут из списков. Зачем я вообще поперся сюда, идиот?

Просто очень сильно хотел разобраться с Самосвалом. За свою сломанную руку. Из-за этого дебила вся моя карьера могла пойти псу под хвост. Поэтому я выбрал самое неожиданное для этого место, чтобы Серега не мог оказать сопротивления.

Мы вышли из квартиры. Парни вытащили Самосвала на улицу из подъезда и унесли подальше от дома. Рядом находился скверик, может, там он оклемается?

Надо же, хорошо я ему врезал. Перелом челюсти и сотрясение мозга — в лучшем случае. Что может быть в худшем, я даже думать не хотел. Ну и ладно, такому мудаку, как Самосвал, надо бы еще наподдать, чтобы вообще тупым овощем стал.

— Ну все, я пошел, — сказал я Танкисту и Тархуну. — Я думаю, теперь Самосвал поймет, что не надо ко мне рыпаться. Иначе еще хуже будет.

Парни угрюмо промолчали. Я сомневался, что Самосвал поумнеет. Ну ничего, может, полежит пару деньков с перевязанной головой и подумает, прежде чем еще ко мне лезть.

Я оставил их вместе с безвольным вожаком и отправился по заснеженной улице. Вдыхал и выдыхал холодный воздух, стараясь изгнать из груди чувство отвращения. Оно возникало каждый раз при виде Самосвала. Как будто сколопендру какую-то склизкую встретил. Или здоровенного червяка.