Книга Не отступать и не сдаваться, страница 124 – Алим Тыналин

— Уже лучше.

Старик кивнул на коридор, где уже скрылся Паша.

— Ну-ка, пойдем. Поработай чуток с новичком. Заодно покажи, как корпусом двигаешь. Мне думается, что с этим, из «Ударника», ты все равно плохо двигался. Мог бы еще быстрее.

Ничего себе, я и так крутился, как белка в колесе. Касдаманову невозможно угодить. Легче вывернуться наизнанку. Я встал и тоже пошел по коридору в зал. Старик потопал сзади.

— Он не простой боец, — сказал я, вспомнив пристальный взгляд Мазурова. — Очень сильный. Легко может поймать на скрутке. Поэтому я не рисковал.

— Ты уважай противника, но не бойся, — проворчал тренер сзади. — Ну и что, что сильный и не простой? Чай, не демон и не бес. Плохо, значит, двигался. Надо было еще быстрее. Тогда ты бы его и одной рукой уделал.

Ну конечно, а как же. Иногда мне казалось, что Касдаманов бредит. Придумает тоже.

В зале я быстро переоделся. Предупредил старика:

— Я недолго. Мне надо домой, дела срочные есть.

— Работай уже, деловой, — снова пробурчал старик.

Левая рука так и осталась в гипсе. Правда, ей удобно отбиваться и блокировать. А бить я могу только правой.

Паша размялся, встал в стойку. Подпрыгивать на ринге особо не стал. Просто стоял на месте. Кажется, он сторонник сильных ударов на дальней и средней дистанции. Ну-ка, попробую его растормошить.

Я двинулся вперед, атаковал длинными джебами правой. Жаль, без левой руки я не могу особо его обмануть. Да и комбинации мне не по зубам.

Все, что мне оставалось, это работа ног и корпуса. Я вспомнил совет старика. Подскочил, ударил, ушел, снова подскочил, снова ударил.

Паша тоже не остался в долгу. Он мог бить сериями, что и сделал. Сначала прямой левой, потом правой, потом снова левой, два раза подряд. Он пытался пробить мою защиту, словно примеривался к выстрелам из пушки.

А потом бах! — я получил сильный удар правой, прямо через мою защиту. Он прорубил дорогу через мои поднятые руки, как через заросли. Правая угодила мне прямо в лицо, в скулу.

Хорошо, что я не дремал, ушел в сторону. Если бы стоял на месте, то этим ударом он вполне мог меня вырубить. Тяжеловес хренов.

— Эй, ты с ума сошел? — закричал я, вытащив капу изо рта. — Зачем бить в полную силу?

Старик перебил меня:

— А ты как думал, Витя? Это бокс, а не балет. Давай работай дальше.

Блин, а ничего, что у меня сегодня был бой? Ничего, что одна рука сломана? Ничего, что уже вечер, и мне хочется отдохнуть? В это время Паша снова пробил мою защиту и ударил правой в лицо, в районе правой щеки. Сильно и больно.

Ох, как же я разозлился. Конечно, эмоциям не место в боксе. Это прямой путь к поражению. Но этот увалень мог бы соображать получше и не бить со всей силы.

И тогда я удвоил работу ног и корпуса. Со злости и от усталости.

Тактику Паши я понял, Касдаманову еще много работать с ним. Парень просто стоял на месте и наносил мощные удары. Идеальная цель для быстрого боксера.

Поэтому я закружил корпусом так, чтобы у него в глазах зарябило. Паша несколько раз пытался ударить меня, но теперь я не давался. Подскакивал к нему ближе и уворачивался. А потом быстро уходил в сторону.

Кружил вокруг него, как оса. Выжидал удобный момент.

И дождался. Паша в очередной раз пытался ударить меня в лицо. Безуспешно. Я ушел вбок, одновременно свернул корпус.