Книга Миссия в Сараево, страница 94 – Алим Тыналин

— Я слышала одно имя. Милутинович. Чирич иногда упоминал. Почему он тебе нужен?

Я говорил спокойно, уверенно, как будто это действительно правда:

— Мои друзья хотят наладить канал связи с Боснией. Через посольство рискованно, слишком много внимания. А через «Черную руку» безопаснее. Он наверняка знает маршруты, контакты. Мне нужно с ним встретиться, договориться.

Елена кивнула медленно, принимая объяснение.

— Понятно. Что именно нужно знать?

— Где его можно найти. Привычки. Когда и где он бывает один.

Она задумалась, хмуря брови.

— Чирич говорил… Милутинович почти каждый вечер в кафане. Как она называется… «Код златне рибе». «У золотой рыбки». Это на берегу Дуная, в Дорчоле. Старое место, грязное. Пьет там до полуночи, иногда дольше.

— А потом?

— Потом идет домой. Живет где-то рядом, в бараках у пристани. Одинокий, семьи нет.

Я запоминал каждое слово. Кафана. Дунай. Поздний вечер. Пьяный. Один.

Идеально.

— Еще что-нибудь? — спросил я. — Как он выглядит? Возраст?

— Тридцать с чем-то. Крепкий мужик, широкие плечи. Темные волосы, густая борода. Чирич говорил, что у него шрам на левой щеке. От ножа, кажется.

— Опасен?

Елена кивнула.

— Очень. Чирич предупреждал, Милутинович в пьяном виде агрессивный. Всегда таскает с собой нож. Любит драки. Будь осторожен, Саша.

— Буду.

Она посмотрела на меня внимательно, изучающе.

— Ты действительно просто хочешь поговорить с ним?

Я встретил ее взгляд, не моргнув.

— Да. Просто поговорить.

Она смотрела еще несколько секунд, потом кивнула.

— Хорошо.

Дождь немного стих, превратился в мелкую морось. За окном окончательно стемнело, наступала ночь.

Елена встала с моих колен, подошла к окну, посмотрела на улицу.

— Останься, — сказала она, не оборачиваясь. — До утра. Не хочу быть одна сегодня.

Я встал со стула, подошел к ней сзади, обнял за талию.

— Останусь.

Она повернулась в моих объятиях, посмотрела мне в глаза. В полутьме ее лицо казалось бледным, почти прозрачным.

— Я люблю тебя, — сказала она тихо. — Знаю, что рано. Знаю, что глупо. Но это правда.

Я должен был ответить. Сказать что-то. Но слова застряли в горле.

Вместо ответа я поцеловал ее. Долго, медленно. Она ответила, обняла меня за шею, прижалась ко мне.

Мы стояли так, целуясь, пока за окном совсем не стемнело. Потом она взяла меня за руку, повела к кровати.

Погасила лампу.

В темноте слышался только шум дождя и наше дыхание.

Позже, когда она уснула на моей груди, дыша ровно и глубоко, я лежал с открытыми глазами, глядя в потолок.

Елена пошевелилась во сне, что-то пробормотала. Я погладил ее по волосам, и она успокоилась.

Дождь за окном прекратился. Только редкие капли падали с крыш, звеня о булыжники мостовой.

Город засыпал. Мирный. Спокойный.

Не знающий, что завтра в нем начнется охота.

Извозчик высадил меня на углу Кнеза Милоша и Немањине, в квартале от нужного адреса. Я заплатил, не торгуясь, и отправился пешком по широкому тротуару, мимо особняков с коваными оградами.

Врачар. Респектабельный район. Здесь жили банкиры, крупные торговцы, высокопоставленные чиновники. Дома двух-трехэтажные, оштукатуренные, окрашенные в светлые цвета, бежевый, кремовый, бледно-желтый. Перед каждым домом небольшой сад, цветы, подстриженные кусты. Газовые фонари уже горели, хотя солнце еще не село, июнь, дни длинные.