Книга Миссия в Сараево, страница 88 – Алим Тыналин

Задача называлась «Ложная защита».

Я достал с полки шахматную доску, маленькую, складную, она всегда лежала в книжном шкафу. Расставил фигуры согласно диаграмме. Белый король стоял в центре, окруженный пешками и двумя ладьями. Казалось, он хорошо защищен. Но черные фигуры, ферзь, слон, конь, расположены так, что…

Я вгляделся внимательнее. Белые создавали видимость мощной защиты, но на самом деле их позиция слабая.

Ладьи стояли не на тех полях, пешки перекрывали друг друга. Это имитация защиты, бутафория. А черным нужно просто игнорировать эту ложную защиту и бить прямо в цель, на короля.

Я передвинул черного ферзя. Первый ход. Затем второй, слон. Третий конь. Мат. Белый король беззащитен, несмотря на все окружающие его фигуры.

Ложная защита.

Я откинулся на спинку стула, глядя на доску. Это не просто шахматная задача. Это послание. Кто-то хотел, чтобы я понял: защита просто видимость. Имитация. Бутафория.

Я снова взял вырезку, внимательно изучил ее. В правом нижнем углу, едва заметная, была пометка карандашом: «Вена, июнь 1914». И рядом буква. Одна буква с характерным росчерком вправо.

«U».

Та же буква, что я сам вывел на поддельном письме австрийской разведки. Но здесь настоящая. Урбах. Это только он.

Я поднес вырезку к носу, принюхался. Слабый, едва уловимый аромат. Коньяк. Тот самый «Хеннесси», что он передал мне после побега Чабриновича. Бумага пропитана этим запахом, совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы я узнал.

Урбах. Он сообщает мне, что усиление безопасности в Боснии это ложная защита. Видимость. Австрийцы создают театр для публики, для газет, но на самом деле охрана слаба. Эрцгерцог остается уязвим.

Урбах не просто допускает покушение. Он его провоцирует. Создает видимость защиты, чтобы усыпить бдительность, но оставляет эрцгерцога беззащитным. Ложная защита. Точно как в шахматной задаче.

Я вернулся к столу, взял вырезку и записку. Нужно их уничтожить, слишком опасно хранить такие улики. Но сначала я еще раз перечитал условие задачи: «Черные начинают и выигрывают».

Урбах говорил мне: действуй, если хочешь победить. Мирные методы не работают. Видимость усиленной безопасности всего лишь спектакль. Настоящая охрана по-прежнему слаба. Боевики пройдут. Покушение состоится. Война начнется.

Если я хочу остановить это, нужно переходить к прямым действиям.

Я зажег свечу, поднес к пламени вырезку и записку. Бумага вспыхнула, скрутилась, превратилась в пепел. Я растер его пальцами до мелкой пыли, высыпал в пепельницу.

Потом сел обратно за стол и долго смотрел на шахматную доску. Черные фигуры стояли вокруг белого короля, готовые нанести последний удар.

Ложная защита. Урбах показал мне, что игра продолжается. И что ставки выше, чем я думал.

Нужно действовать. Но как? Психологический доклад, поддельное письмо, утечка австрийцам, все это не сработало. Дмитриевич засомневался, но не отступил. Австрийцы получили предупреждение, но не усилили охрану по-настоящему. Урбах манипулирует всеми, и Черной рукой, и австрийцами, и мной.

Если мирные методы не работают, остается одно, устранение ключевых фигур. Дмитриевич. Танкович. Может быть, кто-то из боевиков. Опасно. Смертельно опасно. Но другого выхода нет.

Солнце за окном клонилось к закату, бросая длинные тени на мой стол. Шахматная доска стояла рядом, черные фигуры замерли в победной позиции.