Онлайн книга «Оракул с Уолл-стрит 7»
|
— Что за материал, шеф? — Банкиры и мафия, — Пулитцер швырнул фотографии на стол. — Merchants Farmers Bank отмывает деньги итальянской семьи Нью-Йорка и Нового Орлеана. У нас есть доказательства. Джонсон изучил документы. — Шеф, а источник надежный? Документы выглядят как сфабрикованные. Пулитцер отмахнулся: — Джонсон, мы журналисты, а не детективы. У нас есть факты, есть документы. Читатели имеют право знать правду. — Но если это подтасовка… — То мы напечатаем опровержение завтра. А сегодня выпускаем экстра-выпуск с сенсацией. Заголовок: «Банкир-гангстер терроризирует Уолл-стрит». * * * Офис Chase Manhattan Bank, полдень Альберт Уигген, президент Chase Manhattan, стоял у окна своего кабинета на двадцатом этаже, наблюдая за суетой Уолл-стрит внизу. В руках у него была телеграмма, полученная час назад от Федерального резерва. — Мистер Хопкинс, — обратился он к вице-президенту банка, — какова общая сумма наших кредитных обязательств перед Merchants Farmers? Хопкинс быстро перелистал бухгалтерские книги: — Двенадцать миллионов долларов, сэр. Краткосрочные кредиты под залог портфеля ценных бумаг. — Отзывайте все кредитные линии. Немедленно. — Сэр? — удивился Хопкинс. — Но все обязательства выполняются в срок. Залоговое обеспечение более чем достаточное. Уигген повернулся от окна: — Мистер Хопкинс, час назад я получил конфиденциальную информацию о том, что Merchants Farmers Bank находится под следствием федеральных органов. Подозрения в отмывании денег и связях с организованной преступностью. — Но это же только подозрения… — В банковском деле, Хопкинс, репутация дороже прибыли. Я не могу рисковать именем Chase Manhattan ради каких-то дополнительных процентов. Хопкинс понял бесполезность споров. Решение принято, остается только исполнить. — Когда уведомлять о досрочном возврате? — Сегодня к закрытию торгов. Срок возврата — сорок восемь часов. В это же время аналогичные решения принимались в офисах Manufacturers Hanover Trust, First National City Bank и десятке других финансовых учреждений. Телефонные звонки из Continental Trust работали с пугающей эффективностью. К двум часам дня Merchants Farmers Bank оказался отрезанным от всех кредитных линий на общую сумму более тридцати миллионов долларов. Каскад контрударов обрушился на империю Стерлинга с точностью часового механизма. * * * Кабинет банка, который еще утром казался символом финансовой мощи, теперь напоминал штаб осажденной крепости. На столе из красного дерева, где обычно лежали отчеты о прибылях, теперь громоздились стопки документов о потерях. Дождь за окнами усилился, барабаня по стеклу с удвоенной силой, словно само небо решило добавить драматизма к происходящему. Я сидел в кожаном кресле, вертя в руках телеграмму из Цюриха, третью за последний час. Каждая приносила новости о заморозке очередных миллионов. Бейкер стоял у окна, его обычно безупречный вид нарушали растрепанные волосы и расстегнутый воротничок. О’Мэлли расхаживал по кабинету, изредка поглядывая на телефон, который молчал уже полчаса, зловещий признак в мире, где деньги никогда не спят. — Чарльз, — обратился я к Бейкеру, — подведем итоги. Сколько мы потеряли? Бейкер подошел к столу, неся толстую папку с расчетами. Его пальцы дрожали, едва заметно, но для человека, привыкшего к безупречной точности в цифрах, это было красноречивым признаком потрясения. |