Книга Оракул с Уолл-стрит 7, страница 142 – Алим Тыналин

— Мистер Марранцано, — сказал он спокойно, — договор расторгнут.

Одновременно все четверо наемников выхватили револьверы из-под пиджаков. Черные стволы нацелились на дона и его охранников.

Марранцано мгновенно понял, что происходит. Его лицо исказила гримаса ярости:

— Лучиано! Этот американизированный ублюдок!

Анастасия снял шляпу и усмехнулся, обнажив золотые зубы:

— Добро пожаловать в Америку, дон Сальваторе.

Первый выстрел грянул в восемь ноль три утра. Релес выстрелил в телохранителя у окна, тот рухнул, опрокинув стул. Остальные охранники кинулись выхватывать оружие, но было уже поздно.

Перестрелка длилась меньше двух минут. Выстрелы Анастасии покосили двух сицилийцев, а Дженовезе и Адонис добили раненых точными выстрелами из револьверов.

Марранцано попытался спрятаться за массивным столом, но Релес обошел его сбоку. Старый дон выхватил из ящика стола люгер, но не успел выстрелить.

— Это за всех наших парней, которых ты убил, — сказал Релес и нажал на спуск.

Марранцано рухнул на персидский ковер, кровь растекалась по дорогой шерсти. Его черные глаза остекленели, а в руке все еще сжимался незаряженный пистолет.

Анастасия подошел к столу и оставил на нем записку, написанную крупными печатными буквами: «Привет от Синдиката».

Дженовезе быстро собрал карты территориального раздела, важные документы для будущего руководства мафии. Адонис проверил карманы убитых, изымая деньги и оружие.

В восемь ноль шесть утра четверо убийц покинули кабинет через ту же дверь, через которую вошли. Мисс Фошини спряталась под столом, умоляя о пощаде.

— Все в порядке, мэм, — насмешливо сказал Релес. — Проверка завершена. Хорошего дня.

Секретарша скорчилась под столом.

В восемь десять утра два черных Packard тихо отъехали от Helmsley Building. Первая фаза операции. Сальваторе Марранцано, последний «Capo di tutti capi» в американской истории, был мертв.

В то же время по всей стране начиналась синхронизированная ликвидация его союзников.

* * *

В то самое время, когда Стерлинг допивал апельсиновый сок в ресторане отеля «Плаза», а четверо убийц покидали здание на Парк-авеню, по всей стране разворачивалась самая масштабная операция в истории американской организованной преступности.

В Чикаго, в парикмахерской на Норт-сайде, Джо Айелло наклонился над раковиной, позволяя мастеру намылить лицо для бритья. Горячая пена пахла лавандой, а за окном проезжали редкие утренние автомобили. Айелло, последний союзник Марранцано в городе Аль Капоне, чувствовал себя в безопасности среди привычных запахов одеколона и кремов для бритья.

В восемь двенадцать утра в парикмахерскую вошли трое мужчин в темных костюмах. Парикмахер поднял голову от клиента, но один из пришедших показал значок полиции Чикаго:

— Рутинная проверка, продолжайте работать.

Айелло даже не успел открыть глаза под горячим полотенцем. Три выстрела из револьверов, и еще одно звено сицилийской сети было разорвано.

В Филадельфии Джеймс Лауренцо сидел в своем офисе компании по импорту оливкового масла, изучая счета из Италии. На столе из красного дерева лежали телеграммы от поставщиков с Сицилии, а в углу стояли образцы продукции в зеленых бутылках с рукописными этикетками.

Секретарша постучала в дверь:

— Мистер Лауренцо, к вам пришли господа из налоговой службы.