Книга Оракул с Уолл-стрит 5, страница 128 – Алим Тыналин

Лучиано, конечно же, выглядел элегантно — безупречный темно-синий костюм, белоснежная рубашка, шелковый галстук с тонкими серебристыми полосками. Мэдден замыкал процессию, его светло-голубые глаза искрились довольством.

— Мистер Стерлинг, — произнес Массерия, садясь в кресло, которое Кляйн поспешно придвинул, — слышу, у нас есть основания для праздника.

— Более чем серьезные основания, дон Джузеппе, — ответил я, указывая на раскрытую бухгалтерскую книгу. — Прибыль превысила все ожидания.

Лучиано присел на край стола, изучая карту с отмеченными предприятиями:

— Двадцать пять миллионов? Это больше, чем оборот всех семей за год.

— И это только начало, — добавил Мэдден, закуривая сигару. — Теперь мы можем скупать активы и становиться легальными бизнесменами.

Массерия медленно кивнул, его карие глаза внимательно изучали цифры:

— Хорошо. Очень хорошо. Но у меня есть вопрос к мистеру Стерлингу.

Все взгляды обратились на меня. В зале повисла напряженная тишина.

— Как нам быть уверенными, что подобный успех можно повторить? Это была удача или мастерство?

Вопрос прозвучал мягко, но я понимал, что за ним скрывается проверка. Массерия хотел знать, стоит ли синдикату и дальше полагаться на мои прогнозы.

— Дон Джузеппе, — ответил я осторожно, — удача играет роль в любом деле. Но основой успеха стал тщательный анализ. Я изучал статистику маржинальной торговли, сопоставлял ее с историческими данными по предыдущим кризисам, отслеживал настроения европейских инвесторов.

— И что показал анализ относительно будущего?

Я сделал паузу, обдумывая ответ. Слишком точные прогнозы могли вызвать подозрения, но слишком расплывчатые — разочарование.

— Впереди долгий период депрессии. Минимум два-три года. Но для тех, кто сохранил капитал и правильно его инвестирует, это время больших возможностей.

Лански наклонился вперед:

— Какие именно возможности вы видите?

— Во-первых, скупка обесцененных активов, как мы уже обсуждали. Во-вторых, создание новых предприятий, которые будут работать на восстановление экономики. В-третьих, международная диверсификация — инвестиции в Европе, где кризис менее глубокий.

Мэдден выпустил кольцо дыма в сторону потолка:

— А что с нашими текущими операциями? Контрабанда, игорные дома, обложение налогами поедприятий?

— Их значение возрастет, — ответил я. — В кризис люди ищут забвения. Спрос на алкоголь и азартные игры будет расти. Плюс многие разорившиеся бизнесмены согласятся на наши условия защиты.

Риччи поднял руку:

— А как насчет инвестиций в политиков? Сейчас самое время покупать влияние по сниженным ценам.

— Абсолютно верно, — согласился я. — Многие конгрессмены и сенаторы потеряли состояния на бирже. Они будут более сговорчивыми в вопросах лоббирования наших интересов.

Массерия тяжело поднялся с кресла и подошел к окну, откуда открывался вид на серые крыши Манхэттена под дождем:

— Значит, кризис — это не проблема, а возможность?

— Именно так, дон Джузеппе. Для тех, кто готов действовать решительно.

Старый босс повернулся к нам:

— Тогда действуем. Мистер Стерлинг получает полномочия по скупке предприятий. Лански координирует финансовые операции. Лучиано отвечает за политические связи. Мэдден — за расширение текущего бизнеса.

— А бюджет операции? — уточнил Вентури.