Книга Оракул с Уолл-стрит 4, страница 103 – Алим Тыналин

Я улыбнулся. Вот он, первый четкий признак надвигающегося краха. Именно с Флориды начался предыдущий спад 1926 года. История повторялась, но теперь эта модель выглядела намного опаснее.

Дверь столовой отворилась, и вошел О’Мэлли, неизменный спутник, телохранитель и помощник. Как всегда, безупречно одетый в костюм, скрывающий внушительные габариты, с аккуратно причесанными волосами и почти незаметной выпуклостью под пиджаком, где располагался кольт 38-го калибра.

— Доброе утро, босс, — произнес он, держа в руках папку с документами. — Свежие сводки из банка и телеграммы от региональных брокеров.

— Доброе, Патрик. Что там с нашими европейскими позициями?

— Стабильно растут, как вы и предсказывали. Швейцарские золотодобывающие компании прибавили еще два процента за вчерашний день.

Я кивнул с удовлетворением. Перевод части капитала в золотодобывающие компании был одним из ключевых элементов моей стратегии подготовки к кризису.

— А это только что доставили, — О’Мэлли протянул мне конверт с фирменным логотипом «Стерлинг, Харрисон и Партнеры». — Финансовая сводка за апрель. Мисс Левински подготовила лично.

Я открыл конверт и быстро просмотрел содержимое. Исследовательский отдел под руководством Сары Левински демонстрировал превосходные результаты. Ее аналитические методы, основанные на моделях, которые я привнес из будущего, позволяли выявлять тренды задолго до их обнаружения конкурентами.

— Расписание на сегодня? — спросил я, отпивая кофе.

О’Мэлли сверился с записной книжкой:

— В десять встреча с исследовательским отделом в главном офисе. В час дня ланч с Вандервудом в «Плазе», обсуждение расширения гостиничной сети. В четыре ваше присутствие в совете директоров «American Hotel Corporation». Вечером встреча с Роквудом-младшим, а завтра в девять утра заседание совета «Стерлинг, Харрисон и Партнеры».

Я кивнул и уже собирался ответить, когда зазвонил телефон. Фаулер возник в дверях, словно материализовавшись из воздуха:

— Мистер Прескотт на линии, сэр. Говорит, срочно.

Я поднялся и направился к телефонному аппарату, установленному на отдельном столике. Трубка из черного бакелита казалась тяжелой в руке.

— Джонатан, доброе утро.

— Уильям! — голос Прескотта звучал возбужденно, что было редкостью для этого обычно невозмутимого человека. — Невероятные новости. Мы только что перевалили за отметку в сто пятьдесят миллионов долларов под управлением!

— В мае? — я изобразил удивление, хотя внутренне был готов к этому. — Мы планировали достичь этой цифры только к декабрю.

— Именно! Мы на полгода опережаем график. Главным образом благодаря приливу новых клиентов. После твоей статьи в «Форчун» о принципах консервативного инвестирования к нам буквально хлынули состоятельные инвесторы. Только за прошлую неделю пять новых счетов с капиталом выше миллиона каждый.

— Превосходно, — отозвался я, делая знак О’Мэлли, который тут же протянул мне блокнот с заранее подготовленными расчетами. — А что с нашим резервным фондом? Мы поддерживаем его на уровне десяти процентов?

Пауза на линии.

— Видишь ли, Уильям, — голос Прескотта стал менее восторженным, — в нынешних условиях рынка держать пятнадцать миллионов мертвым грузом кажется неразумным. Хендерсон предложил, и я согласился, временно снизить резерв до семи процентов.