Книга Оракул с Уолл-стрит 2, страница 6 – Алим Тыналин

Я взглянул на карманные часы. Почти полдень. Терять время в пробке непозволительная роскошь, учитывая мой плотный график.

— Я выйду здесь, — сказал я, протягивая доллар. — Дальше пройду пешком.

— Как скажете, босс, — таксист сдачи не предложил, и я не стал настаивать.

Продвигаясь сквозь толпу на тротуаре, я чувствовал, как бумаги в конверте шуршат при каждом шаге, напоминая о тяжести моей тайны. Но сейчас нужно полностью переключиться на бизнес, вернуться к роли успешного финансового консультанта.

На углу я замер перед витриной аптеки Rexall, где рекламировали «Чудесный тоник доктора Майлза». Очередное шарлатанское средство, содержащее в основном алкоголь и наркотические вещества.

Я использовал стекло витрины как зеркало, проверяя, нет ли за мной хвоста. Убедившись, что никто не следит, я продолжил путь.

Наконец, передо мной возник магазин Фуллертона.

Пятиэтажное здание с величественным фасадом в стиле боз-ар. Широкие арочные окна-витрины демонстрировали товары для состоятельных нью-йоркцев. Элегантные манекены в вечерних платьях, мужские костюмы, предметы домашнего обихода. Все оформлено с претензией на европейский шик.

Над главным входом красовалась вывеска «Фуллертон и Сыновья», золотыми буквами на темно-зеленом фоне. Два ливрейных швейцара в зеленой униформе с золотыми пуговицами открывали двери посетителям. Перед входом выстроились в ряд несколько автомобилей, в основном роскошные линкольны и кадиллаки, принадлежащие богатым клиентам.

Я на секунду задержался, оглядывая этот храм коммерции. В моем времени такой магазин показался бы архаичным, с его чопорной атмосферой и индивидуальным обслуживанием покупателей.

Но именно эта архаичность давала мне преимущество. Я уже видел возможности для революционных изменений, которые превратят бизнес Фуллертона в нечто совершенно новое.

Ступая по мраморным ступеням к входу, я мысленно перестраивался. Пора отложить мысли о Continental Trust, убийствах и загадочных финансовых манипуляциях. Сейчас я должен стать визионером розничной торговли, человеком, чьи идеи опережают время на десятилетия.

— Добро пожаловать в «Фуллертон и Сыновья», сэр, — поприветствовал меня швейцар, распахивая тяжелую стеклянную дверь.

Я кивнул и шагнул в прохладный, пахнущий полиролью и дорогими духами интерьер. Внутри меня ждал совсем другой Нью-Йорк.

Мир шелестящих шелков, приглушенных голосов и изысканного комфорта для избранных. Мир, которому вскоре предстояло измениться под моим руководством.

Войдя в универмаг, я окунулся в атмосферу изысканной торговли времен Ревущих двадцатых.

Первое, что бросилось в глаза — приглушенное освещение.

Несмотря на большие витринные окна, внутреннее пространство магазина освещалось преимущественно массивными хрустальными люстрами, создающими торжественный, но недостаточный для детального рассмотрения товаров свет. Электричество, хоть и доступное, использовалось экономно, создавая атмосферу элитарности.

В центре первого этажа располагался галантерейный отдел с несколькими длинными стеклянными витринами, за которыми на бархатных подушечках были разложены перчатки, шарфы, ювелирные украшения. За каждой витриной стоял продавец или продавщица в строгой форме с эмблемой «Фуллертон и Сыновья» на нагрудном кармане.