Книга Оракул с Уолл-стрит 2, страница 154 – Алим Тыналин

— Что ж, неприятно, но не смертельно, — наконец сказал я, закончив анализ. — У нас есть около восьми тысяч долларов капитала и маржинальный счет, который еще не достиг требования о довнесении средств. Мы можем это исправить.

— Как? — в голосе Эдвардса послышалась робкая надежда. — До завтрашних торгов осталось совсем немного.

Я взял чистый лист бумаги и начал быстро набрасывать план.

— Первое, что нужно понять: агрессивная стратегия — не значит безрассудная, — сказал я. — Даже при высоком риске должна быть система, расчет и защитные механизмы.

Я нарисовал схему, объясняющую правильный подход:

— Вот три основных ошибки, которые ты допустил. Первая. Концентрация в одном секторе. Вторая. Отсутствие стоп-лоссов. Третья. Слишком высокий леверидж без достаточного резерва.

Эдвардс внимательно смотрел на мои записи.

— Но все говорят, что сейчас нужно именно так торговать. Высокий леверидж, концентрация в растущих секторах…

— «Все» обычно заканчивают разорением, — усмехнулся я. — Послушай, я не против агрессивной торговли. Но она должна быть структурированной.

Я начертил на бумаге пирамиду.

— Вот смотри. Представь свой капитал как пирамиду. Внизу, в основании самые надежные, консервативные инвестиции. Облигации, предпочтительные акции стабильных компаний, банковские депозиты. Это сорок-пятьдесят процентов капитала.

Я нарисовал следующий уровень пирамиды.

— Здесь размещаем акции голубых фишек с хорошими дивидендами и умеренным ростом. General Electric, Standard Oil, U. S. Steel. Это тридцать процентов капитала.

Затем нарисовал третий уровень.

— Здесь более рискованные, но перспективные компании с потенциалом роста выше среднего. Автомобильная промышленность, химические компании, розничная торговля. Пятнадцать процентов капитала.

И, наконец, вершина пирамиды.

— И только здесь, на самом верху, мы размещаем самые агрессивные инвестиции. Высокомаржинальная торговля, новые технологические компании, краткосрочные спекуляции. Не более пятнадцати процентов капитала.

Эдвардс изучал схему, постепенно понимая суть.

— Но при таком распределении невозможно получить действительно высокую доходность, — возразил он.

— Ошибаешься, — я покачал головой. — Весь секрет в том, что верхние пятнадцать процентов ты действительно торгуешь крайне агрессивно, с высоким левериджем. Допустим, десять к одному или даже выше. Но делаешь это только с этой небольшой частью капитала, которую можешь позволить себе потерять. А остальное работает как страховка.

Я быстро провел расчеты на бумаге.

— Смотри. Если твои агрессивные 15 % принесут 300 % прибыли, что вполне реально при правильном подходе, это даст 45 % прирост всему портфелю. Добавь сюда 8–10 % от более консервативных инвестиций, и общая доходность составит 53–55 % годовых. Великолепный результат без неоправданного риска.

Глаза Эдвардса расширились.

— Я никогда не думал об этом так…

— Большинство не думает, — кивнул я. — Они слышат истории о тех, кто сорвал куш на агрессивной торговле, но не слышат о сотнях разорившихся. Настоящее искусство — управлять соотношением риска и доходности.

Затем я перешел к конкретной ситуации с портфелем Дэвидсонов.

— Теперь к твоей текущей проблеме. Мы используем комбинированный подход, чтобы максимально быстро восстановить потери. — Я разделил лист на несколько колонок. — Первое. Закрываем все текущие позиции в Radio Corp. Они еще продолжат падение на новостях.