Книга Оракул с Уолл-стрит 1, страница 64 – Алим Тыналин

— Благодарю, сэр, — ответил я. — Просто внимательно изучил ситуацию.

— И как же вы пришли к своим выводам? — его взгляд стал пронзительным. — Большинство брокеров с тридцатилетним стажем бросились продавать в панике, а вы, проработав в фирме всего несколько недель, увидели то, что ускользнуло от них.

Это опасный момент. Мне нужно объяснить свою невероятную проницательность, не вызывая подозрений.

— Я изучаю исторические параллели, сэр, — начал я осторожно. — Рынок следует определенным моделям поведения, которые повторяются. В 1924 году была похожая ситуация с United States Steel. Слухи о проблемах с крупным контрактом вызвали паническую распродажу. Но когда слухи были опровергнуты, акции не только восстановились, но и выросли.

Прескотт изучающе смотрел на меня, потягивая сигару.

— Исторические параллели, значит, — он кивнул. — А что насчет сенатора Бингэма? Это тоже исторические параллели?

— Нет, сэр, — я позволил себе легкую улыбку. — Это внимательное чтение газет. Заметка о его выступлении в Конгрессе была в Herald Tribune. Зная его позицию по вопросам модернизации армии, я предположил, что отмена контракта маловероятна.

Прескотт медленно кивнул:

— Знаете, Стерлинг, у вас необычный подход. Большинство молодых брокеров просто следуют за общим настроением рынка. Они продают, когда все продают, и покупают, когда все покупают. Очень немногие способны противостоять стадному инстинкту.

— Я считаю, что настоящие возможности для прибыли возникают именно тогда, когда большинство действует одинаково, сэр, — ответил я.

— Любопытная философия, — Прескотт выпустил еще одно кольцо дыма. — И насколько я могу судить, прибыльная. Скажите, Стерлинг, вам известно, чем я занимаюсь в нашей фирме?

— Вы работаете с несколькими крупными промышленными фондами и частными инвесторами, сэр, — ответил я, вспоминая структуру фирмы. — Специализируетесь на долгосрочных инвестиционных стратегиях.

— Верно, — он слегка улыбнулся. — И в отличие от Паттерсона и других, я не гонюсь за быстрой прибылью. Мои клиенты смотрят на перспективу в пять, десять, даже двадцать лет. — Он сделал паузу. — Мне нужен помощник, Стерлинг. Молодой человек с независимым мышлением и способностью видеть за горизонт сегодняшнего дня.

Мое сердце учащенно забилось. Работа с Прескоттом означала доступ к совершенно другому уровню клиентов и информации. К тому же, его клиенты были именно теми людьми, которых я хотел бы предупредить перед крахом 1929 года.

— Я заинтересован, сэр, — ответил я, стараясь не выдать своего волнения.

— Не торопитесь с ответом, — он затушил сигару. — Подумайте до конца недели. Работа со мной… требовательная. Я ожидаю полной самоотдачи и абсолютной честности. Никаких быстрых схем, никаких рискованных спекуляций. Только обоснованный, глубокий анализ.

— Именно такой подход мне близок, мистер Прескотт.

— Хорошо, — он протянул мне руку. — Тогда давайте вернемся к этому разговору в пятницу. И, Стерлинг… — он сделал паузу. — Впечатляющая работа сегодня. Не каждый молодой брокер осмелился бы противоречить Паттерсону.

— Спасибо, сэр, — я пожал его крепкую руку. — Я просто следовал за данными.

Когда Прескотт удалился, я позволил себе момент тихого торжества.

Публичная демонстрация моих аналитических способностей прошла даже успешнее, чем я планировал. Теперь не только Харрисон, но и один из самых уважаемых старших брокеров фирмы проявил ко мне интерес.