Книга Охотница. Ангел Губитель, страница 140 – Елена Амеличева

— Саяна! – слетелись всей пестрой стайкой, мои птички, закружили, обнимая, хохоча, расспрашивая, укоряя, пулеметной очередью выпаливая новости.

По щекам, сквозь радость, потекли слезы. Мне нет возврата сюда, жизнь определила иную судьбу, да и нет места санклитам рядом с беззащитными малышами. Все правильно, но как горько это осознавать!

А вот и наша – теперь только их – «комната силы». Сколько новых фото! Молодцы, девчонки! Как жаль, что не пришлось повесить здесь снимок Славика…

Выпив чаю с тортиком, мисс Хайд на ходу сочинила легенду на тему «Как провела последние полтора года» – теперь я врала куда убедительнее. Правду рассказывать все равно нельзя, иначе в «дурку» загремишь.

— А тот огромный перевод, он откуда? – прошептала мне на ухо Карина, щеголявшая преддекретным животом.

— Какой перевод? – лихорадочно роясь в памяти, переспросила я.

— «Лимон» евро. От твоего имени. Через полгода, как ты уехала.

— Драган! – потрясенно выдохнула я.

— Это имя или ругательство? – Карина озадаченно воззрилась на бывшую коллегу.

— В моей жизни – скорее второе. – Вырвалось у меня. – Просто щедрого, э-э, мецената нашла.

— Это не просто щедрый, Саяна! Мы столько на эти деньги сделали!

— Представляю.

— А он симпатичный?

— О, да! – Горан предстал перед моими глазами: высокий, длинноногий, худощавый, с полыхающим взглядом.

— Что-то было! – глаза девушки тоже загорелись. – Расскажи, а? Мне-то сейчас не до романтики!

— Прости, некогда. – Я поспешно встала. – Очень тороплюсь. Еще с Наумом поговорить надо. Он у себя?

— Какая ты! – Карина надулась. – Шеф с самого утра к деткам в больницу укатил.

Вот паразит!

— Поеду к нему. – Я зашла к юристам, отдала доверенность на квартиру – теперь в ней смогут жить родители малышей, пока идет лечение, и начала прощаться.

— Ты же еще приедешь, правда? – запричитали девчонки.

— Постараюсь. – Самой хотелось в это верить.

Невысокая брюнетка жалась с краю, не зная, куда деть руки. Алла Скворян, вспомнила я. Моя замена.

— Оставляю всех на тебя. – Прошептала я ей на ухо, обняв. – Береги их, хорошо?

— Конечно! – она просияла улыбкой.

Заставив себя выйти за дверь, я почти что выбежала из здания, едва сдерживая рыдания.

Так, некогда сопли распускать!

В больнице мне пришлось пережить еще один поток воспоминаний. Сколько всего здесь было – и хорошего, и плохого! Такое не забыть никогда.

Медперсонал почти весь сменился за два года, что неудивительно – за такие деньги мириться с адскими нагрузками и неподъемным моральным грузом способны считанные единицы. Не санклиты, а эти альтруисты и есть настоящие ангелы.

Я шла бесконечными коридорами, доверив поиск Наума вибриссам. Меня никто не замечал и не задавал вопросов, что удивительно – чтобы в больнице ни одна бдительная санитарочка, перегородив дорогу, не устроила допрос с пристрастием «а вы чьи будете?» – чудеса.

Похоже, кроме нового санклитского органа чувств появилась еще и способность «отводить глаза». Но об этом буду думать позже. Потому что сейчас уже вижу широкую спину Наума.

Стоит над кроваткой малыша. Я сжала зубы, с трудом удержавшись, чтобы не вцепиться в него, и зашла в палату.

— Немедленно отойдите от ребенка!

— Что ты здесь делаешь? – он подскочил, лицо пошло красными пятнами.

— Вас приехала повидать. – Мне удалось оттеснить его от кровати малыша. – И сказать, что не позволю убивать детей!