Книга Ангел Жизни, страница 159 – Елена Амеличева

Кто еще считает, что от рода людского останется что-то хорошее? Так, не надо зацикливаться на негативе. Это, опять же, лишь «отворот» жены Ангела Смерти. Кстати, как ее зовут? Нигде не встречала имени этой женщины, словно она какой-то придаток к легенде о происхождении санклитов, не более того. Как ни крути, это все же несправедливо.

Раздвигая в стороны мусор, лодка причалила к берегу, заскрипев резиновым брюхом по песку. Спиридон и Нико помогли мне выбраться. Оставив остальных на берегу, мы пошли вглубь острова.

Вибриссы, в шоке от предстоящего, уже не вопили, лишь слегка подрагивали, смирившись с неизбежным. Ноги привели нас к остаткам каменного белого забора. Мы прошли под аркой с колоколом и дружно вздрогнули, когда тот начал трезвонить так громко, что заложило уши.

— Чертовщина! – пробормотал Ковач, изумленно глядя, как язык колокола яростно бьется о бронзовые стенки сам по себе.

— Нет, сигнализация. – Я усмехнулась, с замиранием сердца вглядываясь в черную фигуру на холме вдалеке.

Ветер трепал одежду, делая жену Ангела Смерти похожей на большую птицу. Казалось – еще миг, и она взмахнет крыльями, взмыв ввысь. Честно говоря, не удивилась бы.

Если бы у моих санклитов имелись колючки, они бы выставили их вперед, как дикобразы. Я отчетливо почувствовала, что даже Нико – обычно спокойный, как слон, балансирует на грани, рискуя в любой момент потерять самообладание. Да мне и самой было далеко до буддистской невозмутимости. И чем ближе к нам приближалась черная фигура, которую я не могла разглядеть, как ни старалась, тем более взвинченными мы становились.

Солнце, поспешно садящееся за горизонт, словно пытаясь побыстрее скрыться от жены Ангела Смерти, окрасило песок в стремительно густеющий розовый цвет. Я смотрела, как она спускается к нам, и никак не могла отделаться от мысли, что ее босые ноги ступают по крови.

Думала, женщина будет совсем другой. Мне рисовалась зловредная бабка с длинными седыми волосами, морщинистая, сгорбленная, со скрипучим, как несмазанная калитка, голосом. А в реальности это была молодая особа с осиной талией, длинными черными волосами, нежным румянцем на фарфоровом лице и пухлыми губами.

Я давала ей навскидку лет 25 максимум – пока не заглянула в бурлящие силой, болью и ненавистью зеленые, как у ее дочери Лилианы, глаза. В них было очень много тысячелетий. И очень мало человеческого.

Мой сонар привычно «послал запрос», но он бесследно сгинул в бездонных глубинах веков. Теперь мне был понятен страх Горана при встрече с Киллианом. Инстинкт истерически голосил матом, призывая, умоляя, приказывая бежать прочь без оглядки.

— Иди погуляй, красавчик! – бросила прародительница санклитов, глянув на Спиридона, который выскочил вперед и закрыл меня собой. Рядом с женщиной дрожала зыбкая неясная тень, время от времени протаивая очертаниями человеческой фигуры.

— Саяна? – он вопросительно посмотрел в мое лицо.

— Ишь ты, разрешения спрашивает! – жена Ангела Смерти усмехнулась. – Брысь отсюда!

— Иди, Спиро. – Вынырнув из-под волны затопившего его ужаса, прошептала я. Парень с неохотой отступил к Ковачу, в котором была напряжена каждая мышца.

— Что ж ты Охотника с собой не прихватила? – она зацокала языком. – Он бы мне пригодился. Кто ж в гости без угощения ходит? – меня передернуло. – Я противна тебе? – она презрительно фыркнула мне в лицо, закутываясь в черную шаль.